Абуталиб Мурадов

Без уважения хорошего дела не получится

БИЗНЕС: портрет

Текст: светлана симакова
фото: дарья пона

В детстве Абуталиб Мурадов мечтал стать председателем колхоза. Но бесконечные белые отары овец и абрикосовые сады приходят к нему только во снах о далёком, родном Дагестане. Его владением и сбывшейся мечтой стала мебельная фабрика, его новым домом — Челябинск. Всё началось с Грёз, которые переросли в цели, а цели — в движение. в итоге появился первый диван «МАйя». И всё построилось на уважении человека к человеку.

-Абуталиб Вагидович, скучаете по ранней дагестанской весне? Ведь к нам, на Южный Урал, она всегда приходит с опозданием.
-Нет, не скучаю, хотя, конечно, красивая там весна — всё давным-давно уже цветёт. Наверное, черешню и клубнику уже собирают.

-Часто на родине бываете?
-Часто. Раньше очень скучал по дому, а сейчас успокоился — теперь мой второй дом в Челябинске. Когда к маме приезжаю, уже по Уралу скучаю. Больше недели не получается там быть. Здесь друзья, семья, фабрика…

-Наши самые главные мечты обычно связаны с детством. О чём вы мечтали мальчишкой?
-Стать председателем колхоза. (Смеётся.) Овец хотел выращивать, потому и поступил в сельскохозяйственный институт на ветеринарный факультет. До сих пор люблю читать книги про животных, интересуюсь развитием ветеринарной науки.

Мне и моим однокурсникам не повезло, время изменилось: пока мы учились, не стало колхозов, совхозов, и наша специальность перестала быть востребованной. Все мои однокурсники разошлись кто куда. Бизнесом я начал заниматься в Дагестане, работал коммерческим директором банка. А в 2000 году приехал в Челябинск и открыл производство мебели.

-Почему мебель?
-В Дагестане в каждом районе с незапамятных времён занимались разными ремёслами. Лакцы (есть такая народность у нас) делают самую лучшую в Дагестане обувь, любую знаменитую мировую марку могут пошить — даже итальянскую! Сейчас новыми технологиями владеют хорошо и вручную шьют туфли, ботинки. Кубачинцы (другая народность) занимаются серебром — посуду, украшения делают. Они тоже славятся своим искусством в мире. Вот на столе у меня письменный прибор стоит, это из орехового дерева делают унцукульцы. Правда, красиво? А наш округ веками славился мебельщиками. Так что всё не случайно.

-Вы начинали свой бизнес в Челябинске, когда рынок в принципе уже сложился. Насколько трудно в то время было новичку?
-Лёгких денег нет нигде. Всё делается старанием. Мы арендовали брошенную овощебазу, навели там порядок, подвели электричество и начали делать диваны. В первый год набрали около 30 рабочих. В основном это были родственники, друзья, но и челябинцы у нас тоже работали. Кстати, свой первый диван мы назвали «Майя», потом так стала называться фабрика. И эту модель мы выпускаем уже 18 лет, она до сих пор востребована. Сначала продавали мебель прямо с фабрики, только успевай, делай. Потом наша мебель пошла в магазины Челябинска и области. Главный наш девиз: не стоять на месте, идти вперёд и ничего не бояться.

-Не удивительно, что вам удалось создать обширную сеть дилеров.
-Более двухсот дилеров по всей России. Нам заказывают мебель Казахстан, Киргизия, Белорусь и другие бывшие республики Советского Союза. Рынок, действительно, очень большой. Уже несколько лет выполняем заказы крупных отелей, ресторанов, делаем мягкую мебель для таких мировых сетей, как Sheraton, Hilton, Marriott… В Москве обставили отель Crowne Plaza Moscow World Trade Centre. Сделали мягкую мебель для отелей, построенных к чемпионату мира по футболу в Саранске и Самаре. Недавно получили заказ на очень сложную мебель для отеля в «Челябинск Сити» (семь звёзд). Они заказали всё нам, хотя многие фабрики заявлялись, в том числе зарубежные. Но выбрали нас.

-Вы производите только мягкую мебель?
-Не только. Деревообработка, столы, стулья, корпусная мебель, кухни, мебель для дома и общественных зон. Наша фабрика из розничной выросла в оптовую. В прошлом году выполнили очень большой заказ для одного из крупнейших отелей Астаны, в том числе кресла в британском стиле. Потом такие же кресла нас попросили сделать для Москвы, где проходила выставка архитекторов всего мира. И посол Испании, посидев в нашем кресле, выразил восторг. Он сказал мне, что не ожидал увидеть в России европейский уровень производства мебели. Довольно часто знаменитые люди сидят в наших креслах, на наших диванах. Жалоб нет. (Улыбается.)

-Когда почувствовали, что ваш бизнес крепко стоит на ногах?
-В 2003 году мы уже считались известной фирмой. Если человек живёт тем делом, которым занимается, нет ничего невозможного. Все, кто работает на фабрике «Майя», к этому руку приложили. Сегодня на производстве занято 300 человек, а всего коллектив фабрики — около 500 человек. Причём мы сохранили политику первых лет работы — делать мебель для клиентов с любым достатком. Есть и дешёвый, и дорогой сегменты, и всё, что посередине. Я уже сказал, что у нас можно заказать как стандартную мебель, так под индивидуальный заказ по картинке: и кухни, и столовые, и мягкую мебель, и корпусную. Считаю, что для дилеров это и удобно, и важно. Не хвалюсь, но мебель наша хорошо продаётся, дилеры её уверенно берут. При этом наше сотрудничество подкреплено доверительными, честными отношениями — если в процессе доставки что-то поломалось, заменим без слов. Это все знают. А к качеству нареканий нет.

-Как внушить коллективу, что работать можно только без брака?
-Деньги — это главный аргумент во все времена. Но и командный дух, конечно же, не менее важен. У нас он даже не командный, а родственный, семейный. В какой бы цех вы ни зашли, вы это сразу почувствуете. Все друг другу помогают, друг друга поддерживают, у нас многонациональный коллектив. Когда есть командный дух, новички моментально вливаются и не надо их воспитывать. При этом мы много спорим, каждый отстаивает своё мнение, вносит предложения, так как живёт тем делом, которое делает. Я горжусь своими сотрудниками.

-Семейная атмосфера — это результат вашего воспитания, дань национальным традициям?
-Это идёт, скорее, от того, что многие мои родственники работают на фабрике. И такая атмосфера нравится всему коллективу.

-Мебель фабрики «Майя» получила признание на выставках, отмечена в конкурсах. А лично вам важно признание ваших сотрудников, коллег?
-Вы же любите общаться с людьми, которые дороги вам. Думаю, этого хочется всем. Но чтобы и вы были этим людям дороги, надо для этого что-то делать — помочь человеку, если у него в семье кто-то заболел или другая помощь нужна. А как же иначе? Люди знают, что ко мне можно обратиться с любой просьбой о помощи. Это нормально. Мне хочется, чтобы все сотрудники чувствовали себя на работе комфортно и защищённо. Хорошего дела без взаимного уважения не получится. И для меня такие отношения очень важны.

-Говорят, вы можете быть жёстким руководителем, но при этом на вас никто не обижается даже за резко сказанное слово?
-Зачем обижаться? Могу быть резким в разговоре о деле, если что-то не так. А потом вместе чаю попьём, покушаем. Здесь уже чисто человеческие отношения. Одно от другого надо отделять. Я со всеми рабочими здороваюсь, ведь я же всех знаю! Как можно пройти мимо и не поздороваться?! Спрашиваю, как дела, как семья. Новички иногда удивляются, говорят, что на прежней работе хозяин никогда не здоровался с рабочими. Но быстро привыкают к нашим традициям. Я не считаю себя выше своих работников. У каждого из них есть достоинства, которыми я, например, не обладаю. А во‑вторых, все они трудятся на моём предприятии — это надо ценить не только посредством зарплаты.

-Вам приходилось увольнять людей?
-Этого я не люблю делать. Увольняем, но крайне редко. Ко мне несколько раз, бывает, подходят: «Не годится, плохо работает, надо увольнять». На что я говорю обычно: «А вы его вот на том месте попробуйте, оставьте ещё, может, у него что-то другое хорошо получится…». До последнего тяну, увольнять человека — процедура для меня неприятная. Но у нас нет кадровой текучки.

-Скажите, а когда у вас возникают трудности, к кому вы можете обратиться за помощью?
-Дагестанский коньяк когда-нибудь пробовали? Вот к нему обращаюсь, когда сильно устал или что-то идёт не так, как хотел. (Смеётся.) Шучу. Сам к себе обращаюсь: посиди, подумай и реши!

-Вот почему над вашим рабочим столом канонический текст: «Боже, дай мне силы изменить то, что я могу изменить. Дай мне мужества, смириться с тем, что я изменить не смогу. И дай мне мудрости отличить одно от другого»?
-Это древняя мудрость или древняя молитва, но из текстов, существовавших ещё до «Корана». Автор неизвестен, этим текстам более десяти тысяч лет. Если ты способен следовать этой мудрости, можешь считать себя состоявшимся человеком. Прежде чем в драку лезть, сумей сначала оценить свои возможности — сможешь ли победить. Драка — это я образно говорю. То же самое в бизнесе происходит, да в любом деле, которое начинаешь. Надо трезво оценивать свои возможности.

-Уже получается?
-Пока не всегда, честно скажу.

-А рядом с молитвой портрет вашего отца?
-Нет, портрет нашего родоначальника Шахбана Мамедова — моего дяди, старшего брата моей мамы. 9 мая ему исполнилось бы 89 лет. У нас род большой, но именно его мы считаем своим родоначальником. В современной жизни именно он наставлял нас, направлял. Когда я приходил к нему в гости, он успевал задать десять вопросов и дать десять советов, пока я снимал ботинки. (Смеётся.) Таких племянников у него была орава, и он находил время пообщаться со всеми. Во времена СССР дядя был министром сельского хозяйства Республики Дагестан. Хорошим был организатором, даже входил в число координаторов по вопросам сельского хозяйства на территории стран Варшавского договора.

-Вы выросли в Махачкале?
-Нет, я деревенский. Вырос в горах. У нас там всё было — хорошие яблоневые и абрикосовые сады, но основным направлением в нашем совхозе было животноводство, овец выращивали.

-Когда поступили в институт в Махачкале, жили у дяди?
-Нет, в общежитии. Но бывал у него каждую неделю. Чем он меня удивлял, так это тем, что всегда знал, как прошла у меня неделя. Как будто рядом со мной находился. Он говорил: «Я слышал, что ты тогда-то, там-то неправильно себя вёл», и тут же давал совет, как надо было поступить. По виду моему, по лицу мог определить, как у меня идут дела. Для меня его слова были святыми. Поэтому сегодня, заходя в кабинет каждое утро, я с ним здороваюсь. Если я чего-то в жизни достиг, то благодаря воспитанию моих родителей, советам и замечаниям дяди.

-Ваши родители в совхозе работали?
-Отец сельским врачом был, весь район его знал. А мама нас воспитывала, она мать-героиня. Видите, её награды у меня на стене, она мне их на хранение передала. Отца в прошлом году мы похоронили, а мама жива. Ей 82 года. Я очень люблю своих родителей и горжусь ими.

-Наверное, когда человек вырос в большой семье, ему и коллективом управлять легче?
-Естественно. Считайте, что я рос уже в коллективе, в семье нашей было 14 человек: бабушка, дедушка, отец, мама и десять детей. Своя иерархия, и довольно жёсткая. Незыблемые семейные законы. И у каждого свои обязанности! Это с самого детства воспитывает в тебе ответственность.

-У вас какие были обязанности?
-С утра баранов гнал в горы на пастбище, это за полтора-два километра от дома. Вечером надо было их собрать и пригнать домой. Зимой надо их накормить, ягнят вовремя от маток отделять на ночь, чтобы овцы могли отдохнуть от детёнышей, молока накопить. Обязанностей хватало, в футбол некогда было поиграть. (Смеётся.) Поэтому я люблю животных до сих пор, я их понимаю. Сегодня в моём доме есть кошки, куры, вот баранов, правда, нет. Но я, честное слово, так радуюсь, когда вижу барашков. Пасутся коровы в поле, еду мимо, смотрю на них, и настроение поднимается.

-Вам снится детство?
-Часто снится. Хотя я не люблю возвращаться в прошлое, нет у меня ностальгии.

-Скажите, вы ссорились с братьями, сёстрами в детстве?
-Бывало, когда свои обязанности не выполнил и за тебя пришлось работать другим. Вечером, например, не отделил ягнят от овец, потому что на велосипеде прокатался с друзьями, значит, получу внушение от старшего брата. Конечно же, мне хотелось пожить беспечной жизнью, как мои дети сегодня живут. Но не было у нас беззаботного детства, некогда было бездельничать, играть в казаки‑разбойники. Хотя, не могу сказать, что детство у нас было несчастливым. У нас были хорошие родители, была в доме любовь.

-Расскажите о своих детях, пожалуйста.
-Мои дети — это самое большое и дорогое достижение в моей жизни. Я их безумно люблю, и все, что я делаю — я делаю ради них.

-Из опыта вашего отца вы что-то используете в воспитании?
-Наш отец не был суровым человеком, но мы были совсем другие — нам было достаточно отцовского слова, чтобы понять свои ошибки. Мы его уважали. Если отец дома — тишина, никто не кричит и не бесится. Да и мама держала дисциплину хорошо. Тогда и школа занималась моральным воспитанием. Сейчас всё по-другому, и подход должен быть другим.

-У горцев особое отношение к женщинам. Как бы вы его обозначили?
-Женщину надо любить. И этим всё сказано. Ты любишь свою мать и относишься к ней, как к матери; сестру любишь и относишься к ней, как к сестре; жену любишь — она особое место в твоей жизни занимает: ею дорожить надо, ценить её надо, любить надо. Но подчиняться ей во всём не обязательно. (Улыбается.) А если ты эгоист и никого не любишь, то о каком отношении к женщинам, к человеку вообще можно говорить?

-Какие черты цените в женщине?
-Мне нравятся смелые женщины, тихая женщина ничего не добьётся в жизни. Вокруг меня тихих нет.

-На фабрике работает ваш младший брат, вы с ним особенно дружны?
-Я со всеми дружен. У меня работает и моя родная сестра, и племянники, и родные, и двоюродные братья. Мы с ними и работаем, и дружим — одна семья.

-Какие советы даёт вам сегодня мама?
-Она не только советует, но может и покомандовать: «Почему этому брату не помог? Своих никогда нельзя бросать в беде!» И так далее.

-Что вы ей отвечаете?
-Помогаю всем, кто нуждается.

-Как вас мама называет?
-Джан дих — значит, родной или сынок.

-Часто своих детей возите в Дагестан?
-Раз в год. Им там очень нравится. Правда, им и в Челябинске хорошо, хотя экология здесь не самая лучшая. В Дагестане утром просыпаешься — солнце, красота, а воздух какой! Хочется выпрыгнуть из постели и сразу на улицу. А здесь порой вставать не хочется: за окном серо, отвернёшься к стене да ещё полежишь. Не хочется из дома выходить.

-Дети дагестанский язык знают?
-К сожалению, нет. Хотя я сторонник ассимиляции. Если ты живёшь в России, то должен знать русский язык, русскую культуру. Чем меньше мы будем делиться на разные народы, тем лучше будет для всех — не будет национальных вопросов, войн и прочих передряг. Русский мне тоже родной язык, потому что мы учились в русской школе, потом институт… А мои дети в Челябинске родились или выросли, для них русский, действительно, родной язык. Не скрываю, что я стремился к тому, чтобы дети мои ассимилировались. И у них никаких проблем не было ни в школе, ни с ровесниками. У них много друзей, все любят у нас бывать. Жена обожает готовить, любит встречать гостей, и дети к нам с удовольствием приходят. Дом большой, всем места хватает. А с мамой своей я говорю и на русском, и на родном языке. Но она, чем старше становится, тем больше на родном языке с нами говорит.

-Сколько гостей собирается в праздники за вашим столом?
-Сорок-пятьдесят человек и больше.

-У вас есть любимые блюда дагестанской кухни, а может быть, и русской?
-Хинкалы. Это блюдо может быть жидким, может быть с мясом, с курицей. Я люблю жидкий хинкал с дагестанским сыром. Тарелочку съел — и весь день, как огурчик! А из русских блюд люблю тыквенный суп.

-Как отдыхаете?
-В выходные дни, по утрам, спортивная ходьба вокруг Смолино, мы возле озера живём. Могу 15–20 километров пройти. Выходишь, набираешь обороты, отключаешь все мысли и просто радуешься природе — самый лучший отдых для меня. Вообще люблю ходить. Я наматываю километры и на работе — у меня большая фабрика. Люблю обходить свои владения.

-В вашем книжном шкафу много исторических книг, в том числе высказывания Черчилля. Какое-то особое отношение к этому политику?
-Да нет, просто я люблю историю. Мне интересны знаменитые политики, бизнесмены. Они ведь не просто так вошли в число самых известных, за всем стоят большой труд, мысль. Если я сумел два дивана сделать, то они страны строили, миром правили. Интереснейшие судьбы!

-Фигура Сталина вам тоже интересна?
-Для меня он, если честно, политик номер один. Я его считаю настоящим героем, положительным. Он строил страну, и до сих пор мы пользуемся его успехами. Победу одержал, мир выиграл. При этом ничего для себя не хотел, в военной форме ходил. Был честным и смелым человеком. Ни один автор, даже из числа суровых критиков, не дал ему однозначной оценки: «Негодяй». Да, кто-то пострадал в годы его правления, несправедливо пострадал. В моей семье были и репрессированные, и раскулаченные. Правда, тот, кого раскулачили, потом колхоз возглавил — некому больше было, Героем Труда стал. Я понимаю, сколько в те годы было построено, разруха после войны была преодолена. Так нужно было для блага всех остальных. Кстати, есть удивительный исторический факт — Сталин с товарищем рискнули вдвоём миллион рублей украсть с российского парохода, шедшего в Германию. Эти деньги предназначались партии, не для себя они это делали…

-Вы одобряете воровство?
-Нет, но для партии, для народа, для страны — почему бы нет? Для фабрики и для себя я никогда этого не сделаю, а если стране надо — другое дело. Это разные вещи. Для страны, для народа можно и жизнь отдать, если потребуется.

-Ваши родственники воевали?
-У отца три брата погибли на войне. Деду было уже за пятьдесят, когда война началась, а отец мой был ещё мальчишкой. На войну ушли три его старших брата и не вернулись. Один без вести пропал, другой в блокадном Ленинграде погиб, а третий — на Курско-Орловской дуге. В нашем доме висели их фотографии, мы всегда их вспоминали.

-Кому из своих детей в будущем вы хотели бы передать управление бизнесом?
-Второй дочери своей хотел бы, у неё есть для этого характер, но она решила идти в медицину, ей не интересен бизнес.

-Вы уважаете выбор своих детей?
-У нас с детьми дружеские отношения, мы с ними обсуждаем всё на свете. Естественно, я им что-то советую, но нельзя заставить человека делать то, к чему у него душа не лежит. Наша старшая дочь захотела стать финансистом, но у неё нет характера руководителя, она слишком добрая, мягкая. А вторую уговорить не смог, хотя она прирождённый руководитель.

-Остаётся на сына надеяться?
Сын уже говорит о том, что хочет стать строителем. Я уважаю его выбор. Мы предлагали ему и юристом быть, и финансистом, а он заявил, что дороги хочет строить.

-У вас есть недруги среди конкурентов?
-Конкуренты — мои близкие друзья. И в Челябинске, и в Екатеринбурге, и в других городах. Со всеми общаюсь, обмениваемся подарками к дням рождения. И с дилерами дружу, часто встречаюсь сам, общаюсь, несмотря на то что с ними работают наши менеджеры. Надо — еду к ним сам. Они иногда удивляются, а мне это самому интересно. Общение — это всегда развитие, новые идеи, новый опыт. Люблю быть среди людей.

-Вашу фабрику можно сравнить с колхозом или совхозом?
-Да, это своего рода колхоз. На фабрике у нас есть общежитие для рабочих, столовая. Мы проводим вместе праздники. И русские праздники отмечаем, и дагестанские…

-А что было главным в вашей детской мечте стать председателем колхоза?
-Крупное хозяйство создать. В нашем горном районе хозяйства небольшие были. А вот я был в Белгороде, в хозяйстве выпускника нашего вуза — вот это хозяйство! Один совхоз больше всего нашего района в Дагестане. И показатели солидные: большое поголовье скота, сахарный завод, огромная территория посевов… Но мне не повезло, именно на нашем выпуске всё закончилось.

-Вы считаете свой бизнес стабильным?
-Когда люди работают с основания фабрики, годами, вовремя получают достойную зарплату и ежемесячные премии, приобретают автомобили, могут позволить себе дважды в год отдохнуть, когда расширяются производственные площади, закупается новое современное оборудование, растут рынки сбыта, то как вы считаете — можно назвать это стабильностью? Полагаю, я ответил на ваш вопрос.

-Вы довольны сегодняшним днём компании?
-Вот когда выйдем на мировой уровень, будем отгружать мебель в Италию, Францию, Великобританию, вот тогда можно об этом поговорить. Мы постоянно бываем на выставках, поэтому понимаем — есть куда стремиться. И делаем всё для того, чтобы росли наши специалисты, получали новые знания, раскрывали свой потенциал, даём возможность экспериментировать.