Страх потерять контроль

СЕМЬЯ: колонка

текст: Андрей Бабин, психотерапевт

Самый эффективный приём — поднять руку вверх и опустить: а гори оно! Сможете? Не уверен.

Один мой клиент, назовём его Денис, только на моей памяти терял бизнес пять раз и пять раз начинал с нуля. И каждый новый проект был успешным. Но всё происходит по одному и тому же сценарию: он всегда всё контролирует, всех проверяет. Временами ему кажется, что сотрудники не так его слышат, недостаточно трудятся, а может быть, даже работают на конкурентов. Начинается лёгкая паранойя. Он понимает, что это бред, но ничего с собой поделать не может. Он создаёт напряжение в коллективе, подозревает одного-другого-третьего, народ начинает работать без всякого желания «от сих до сих», не проявляя инициативы. Денис погружается в невроз: с этим коллективом ничего не сделать. Бизнес летит головой вниз, потом он год выкарабкивается, открывает новый проект, лучше прежнего, у него и правда феноменальная энергия. Достигает определённой высоты — и история повторяется.

Он всё понимает, он не дурак. Но характер меняется с большим трудом.

«Хочешь сделать хорошо — сделай сам. Лучше меня никто не сделает» — вот заповеди человека, который привык всё контролировать. Возможно, это правильно. Но контроль требует невероятного напряжения сил. Кураж уходит, человек устаёт — вот закон психики. Человек начинает экономить свои ресурсы, эмоции, чтобы хватило на все дела: вот план, двенадцать пунктов на день, я должен всё выполнить. И распределяет свою энергию по пунктам. Но эти схемы работают до поры до времени. Потому что на место куража приходит суровый расчёт, а делу нужен именно кураж.

Есть классическая иллюстрация этой мысли у Дейла Карнеги. Один американский студент подрабатывал продажей книг. Он пришёл к фермеру, а фермеру эти книги вовсе не нужны. Разговор шёл о посторонних вещах: о погоде, о свиньях, о кормах… Но оба понимали, в чем цель встречи. И внезапно студент присел перед хрюшкой и начал её чесать. А хрюшка — существо благодарное, она — плюх! — и животик подставила. А про книги и разговор не зашёл даже. Фермер смотрел на это, смотрел и говорит: «Ладно, давай свои книги, я куплю». — «Вам какие?» — «Да без разницы, я неграмотный». Всё. Сделка состоялась. Почему? Потому что студент вызвал огромную симпатию. Потому что он действовал искренне, под действием порыва.

Так вот деловому человеку, который находится в состоянии тотального контроля, эту искренность на поток не поставить. Как только человек не чувствует драйва, а чувствует только усталость и жёсткую необходимость делать свою работу — ничего не получится. Это считывается моментально. Необходимо другого человека чувствовать, слышать. Требуется сонастройка — а для этого ты внутри должен быть спокоен, не напряжён. Если искренность сохраняешь в переговорах, да в любом деле, которым занят, — люди будут стремиться погреться около твоей искренности и с радостью помогут. Искренность выгодна тебе лично по всем позициям.

Чувство — сильное и яркое, как надежда, как радость, это оно рвёт шаблоны, оно заражает партнёров, воодушевляет сотрудников. «С тобой хорошо!» — вот это чувство. На нем всё и зиждется.
Решения принимают эмоции. В любых переговорах очень важен антураж, атмосфера, интонация, настроение. Сделки на самом деле совершаются интуитивно. Включается эмоциональный интеллект. Когда душа открыта — решение естественным образом принимается. Эмоции прогибают мир. А с роботом-автоматом дело иметь неинтересно.

Выключить мысли «А как они там без меня?» не получится. Нет такого волшебного слова. Но если проскальзывает мыслишка «А может быть, я сегодня на работу не пойду?» — позвольте себе подчиниться этому порыву и хотя бы на день всё отпустить. Трудно невероятно, я понимаю. Но надо тренироваться. Иногда позволять процессу идти своим чередом. Доверить задачи ответственным людям — для них это будет испытанием, включится энтузиазм, которого временно нет у руководителя.

Это к вопросу о том, как отражается страх потерять контроль на делах. Теперь поговорим о психологической стороне вопроса. Работает это примерно так. Сначала голова придумала схему, человек идёт по ней. Мы ответственно планируем ход своей жизни: вот цели, вот время на их достижение. Мы отвечаем за то, чтобы их достичь. Мы держим жизнь под контролем. Потом жизнь не помещается в нашу схему, внутренние противоречия разрывают её. Мы переживаем, у нас стресс, мы не смогли проконтролировать. И начинаем строить новую схему, потому что с ней всё равно спокойней. Какое-то время и она работает, но потом снова наступает момент, когда что-то пошло не так. Это закон, тут без вариантов. Идеального плана не существует в принципе.

Третий, четвёртый, сто двадцать пятый план. Они неизбежно разрушаются, мы строим новые. Циклы тут разные — три-пять-семь лет, неважно. Это всю жизнь не закончится. Только мы начинаем легче и проще относиться к собственным моделям и рисуем новый план всё же с допусками на «что-то пошло не так». Человек учится, иначе и быть не может.

И самый большой кризис, который мы испытываем, — это пресловутый кризис среднего возраста. Ломаются, летят в тартарары все шаблоны. Ни на что опереться нельзя. Всё призрачно. И жизнь призрачна. И цели, и схемы твои призрачны — цели, которых достигал огромным напряжением. Не всё в жизни идёт по твоему плану — наконец понимаешь ты.

Мы в вечной гонке откладываем главное. Откладываем счастье. Живём всё время будущим, которое прихотливо и изменчиво, но которое мы как будто запрограммировали, расписали и держим под контролем. И мы не успеваем насладиться моментом, потому что не умеем — навыка такого нет. Любим эту гонку, вязнем в ней, нам надо ещё и ещё. Получается бессмыслица — и тут кризис неминуем.

Человек перестаёт ценить схемы и обращается к текущему, к происходящему. Это случается неизбежно с каждым, это закон. Некоторые, правда, приходят к этому в 95 лет, но всё равно приходят. Почему так популярны сейчас восточные практики? Потому что они говорят о том, что жизнь — игра, на текущий момент что-то есть, это хорошо, а больше нет ничего.

Страх потерять контроль переводится как «отказ принять происходящее как есть». А бесстрашие означает: пусть будет как есть. Вот как раз бесстрашие в людях ценится.