Дмитрий Соколов

главный инженер АО «РУССКИЕ ЭЛЕКТРИЧЕСКИЕ ДВИГАТЕЛИ»

На любом предприятии главное – это люди

БИЗНЕС: событие года

текст: Александр Дыбин
фото: Родион Платонов

-Дмитрий Владимирович, каково это построить и запустить предприятие за два года?
-Не скажу, что неправильно строить завод за короткий срок. Рынок диктует свои условия. Нужно всё делать быстро. Кроме того, у нас был технический партнёр, который снабдил нас всей необходимой для старта информацией. Обычно запуск производства начинается с того, что технологический институт разрабатывает технологию производства, затем готовится проект под эту технологию. У нас многие процессы шли параллельно. Но при старте были расставлены ключевые акценты — какое оборудование и куда будем ставить, поэтому принципиальные решения в ходе строительства мы не меняли. А строить всегда трудно, но построили. Сейчас это самый современный завод в области электромашиностроения. Мы специализируемся на высоковольтных машинах, но оборудование позволяет изготавливать и низковольтные, без изменения технологической линии. У нас подобрано оборудование и само здание спроектировано так, что есть запас.

-Здание и оборудование — это полдела. Как у вас с кадрами?
-Непосредственно на производстве работает порядка 200 человек. Набрать с улицы таких специалистов невозможно. Мы искали людей с образованием, мастеров, начальников цехов, которые уже работали в этой промышленности. Помимо нашего учебного класса люди обучались в Европе. Единовременно туда ехало 77 человек. А в целом больше ста специалистов прошли обучение в Италии. Кроме того, есть специфика оборудования, поэтому обучались по факту во время приёмки технологии.

-Многое у вас делают роботы. Не страшно, что они полностью заменят людей?
-Робот выполняет задачу независимо от настроения, погоды за окном. Ни один человек не сделает часть операций так качественно, как это сделает робот. Поэтому у нас роботы не для того, чтобы где-то похвастаться, сказать, вот мы роботизированные, это техническая необходимость. Более того, это жизненная необходимость, чтобы сделать двигатель более надёжным. Самая желанная цель для производителя, чтобы двигатель стоял и работал и не напоминал о себе, не требовал ремонта и обслуживания.

-А как же известный подход делать технику так, чтобы она ломалась сразу после окончания гарантии?
-Это старый метод — сделать изделие так, чтобы оно отслужило свой гарантийный срок, а дальше ломалось, чтобы клиент шёл за новым изделием. Это способ нагрузить производство. Но у нас стоит другая задача: мы хотим снабдить наше производство надёжными двигателями. С точки зрения экономики это не совсем правильный подход. Но мы работаем по-другому. Есть такая история про завод, где техник обеспечил сбыт лампочек, укоротив нить, чтобы она перегорала в определённый момент времени. Это не наш подход. Мы считаем: чтобы увеличивать сбыт, нужно искать новые проекты и новые рынки. А не делать двигатели, которые побыстрее перегорают. Мы хотим зарабатывать именно выходом на новые рынки, чтобы делать и там качественные двигатели. Это и другие отрасли, и другие страны.

-И как же вы их будете реализовывать?
-В этом и заключается смысл нашей работы. Мы ищем технические решения для изготовления двигателей, которые нужны клиенту. Все ездили на машинах, но не было такого рынка, как электродвигатели для авто. Его создали с нуля. И наша задача — делать машины, которые будут нужны потребителю. Может быть, сейчас он не задумывается, что его задачу можно выполнить с помощью электрических машин. Но в будущем этот продукт будет востребован. Я сейчас часто выступаю как экскурсовод, показываю потенциальным покупателями наше производство. Главное — показать наши технологии и подходы. Многие заказчики, сталкиваясь с электродвигателями, смотрят на нас и понимают, что у нас однозначно другой принцип построения и качества оборудования. Приходится показывать эти тонкости, указывать адресно, где и как это работает. Люди уходят под впечатлением. У нас, как изготовителя, и заказчика сходные приоритеты. Мы показываем заказчику, что работаем именно на него. Главное — это сделать качественную машину, а для какой она отрасли — неважно. При строительстве завода мы закладывали в конструктив здания возможности для расширения производства и выпуска разной продукции из отраслей, не связанных с нефтяной отраслью.

-Вы уже выпустили свой первый двигатель, что с ним станет? Установите на постамент или он уйдёт заказчику?
-Самое плохое — это смотреть на двигатель как на памятник. Первая единица у нас уже есть. Она не памятник, но значима для нас. Это первая машина, которая собрана с нуля. Но это продажный образец, он ждёт своей очереди. Вообще нет такого, чтобы какой-то человек сопровождал изделие от начала и до конца. Каждый цех занимается своей работой. Но к первой машине все приложили руку. Люди прошли обучение, изголодались по работе, хотели попробовать оборудование. Все тянулись к новым машинам.

-Вы развиваете собственное конструкторское бюро. Для чего оно вам?
-Такого вопроса «зачем?» не должно стоять. На любом предприятии главное — это люди. Пусть будет самое современное оборудование, но если у тебя нет технического решения, если нет идеи, что ты будешь делать, то вся эта затея бессмысленна. На старте нам помог партнёр, который передал свои ноу-хау. Но это минимум, необходимый для строительства завода, а чтобы развиваться, нужны конструкторы. Из шести новых типов двигателей, которые мы запускаем в следующем году, четыре — это уже собственные разработки. Кроме того, проектируются пять перспективных машин. Мы изначально строили завод, чтобы разрабатывать новую технику, чтобы мы выдавали более надёжные двигатели, с длительным сроком эксплуатации и большей энергоэффективностью. КПД наших двигателей выше, чем у конкурентов.

-«РЭД» — современное предприятие, у вас применяется масса новых технологий. Чем вы особенно гордитесь?
-Наша гордость — испытательный центр. Конструкторам это очень интересно — узнать, что же ты всё-таки натворил. На бумаге всё получается хорошо, компьютер тоже может посчитать любые значения. А как это всё будет работать — нужно проверить. Наш центр уникален. У него большая мощность испытуемых машин, ни в России, ни в Европе таких нет. Мы можем испытывать машины до 16 мегаватт, при этом из сети потребляем только потери. За счёт рекуперации энергия возвращается в сеть. До появления нашего центра в России могли нагрузить только 4 мегаватта. Мы можем испытывать машину с номинальной мощностью в течение долгого времени, а также имитировать нагрузку от механизма. Кроме того, наш цех и офис оборудованы солнечными панелями, в ясные дни компьютеры работают бесплатно. Сам завод строился таким образом, что в него попадает много света и днём искусственное освещение не нужно. Для отопления мы используем газолучистые обогреватели, чтобы адресно использовать тепло. Но главное — мы не имеем труб и не выбрасываем ничего в атмосферу.