Родители  Надежды Анатольевны Капитоновой были убеждёнными коммунистами,  и свою дочь  назвали в честь Надежды Крупской (вторая дочь Клара получила своё имя благодаря немецкой революционерке Кларе Цеткин). Но вера в идеалы коммунизма не уберегла родителей от беды: в 1933 году отца посадили из-за неправильной трактовки революции в отдельно взятой стране. Мать арестовали через полтора года прямо в библиотеке, где она  работала. Надя смутно помнит, как они навещали её в тюрьме: решётки, полумрак, лязг засовов… Отца и маму вскоре освободили, выпустили, но  лишили партбилетов, дипломов, прав. Дома у них тоже никогда не было, – в лучшем случае комната, а то и угол в бараке. 

Потом началась война, а с ней новые испытания. В октябре 1941 года семья эвакуировалась. Эшелон из Донбасса шёл 45 суток. Они выжили только благодаря свекле, хранившейся в буртах  вдоль железнодорожных путей. На  станции Челябинск отец побежал за кипятком, состав тронулся, они потерялись. Нашли друг друга только через восемь дней, благодаря счастливому стечению обстоятельств. Мать  велела Наде и Кларе накрепко запомнить номер теплушки, в которой они ехали – и обе до сих пор помнят эту цифру – 499350… 

Потом, много лет спустя, Надежда Анатольевна увидит спектакль «Эшелон» с Лией Ахеджаковой в главной роли,  напомнивший ей события её военного детства. Но в спектакле было много нерва, внешней экспрессии.  В эшелоне Капитоновой царили  дисциплина, топилась  буржуйка, никто не кричал и не плакал, хотя люди и умирали в пути. Может быть, тот эшелон и сформировал в её жизни некий ориентир, потому что и в своей последующей жизни она никогда не поддавалась панике, унынию и праздности, а главное,– умела подчинить  хаос  житейскому распорядку. Я по сию пору с завистью смотрю, с какой лёгкостью она находит на полке нужную книгу, папку с вырезками, документ.  Эта внутренняя дисциплина заведена у неё не ради дисциплины, а ради того, чтобы как можно больше успеть в жизни. В свои 75 она продолжает работать в библиотеке, активно сотрудничает со СМИ, является одним из составителей хрестоматии для школьников.  У неё много друзей, отменное чувство юмора и неизменный интерес к жизни. 

Надежда Капитонова родилась в Москве, а среднюю школу закончила в Балхаше – лагерном Казахстанском краю, где преподаватели – сплошь сосланные и эвакуированные москвичи и ленинградцы. Поступать решила в Московский библиотечный институт,  возникший на базе Академии коммунистического воспитания, которую когда-то закончили её родители. Деньги были  только на дорогу туда, и Надежда очень боялась, что не поступит. Но у неё всё получилось. Москва оказалась близка ей не только по праву рождения, но и по духу, и она до сих пор любит и  хорошо знает этот город. Однажды она даже выиграла спор с Натальей Кончаловской, которая не знала о реставрации старинных палат на Кропоткинской. А Надежда Капитонова не только там побывала, но и нашла в них отклонение от исторического оригинала…

После окончания учёбы Капитонову направили в Челябинск, в Центральную детскую библиотеку им. Маяковского, которую она через 13 лет возглавила, и оставалась на  этом посту два десятилетия. Именно в эти годы оживляется работа с книгой среди школьников, растёт популярность  библиотеки, которая становится крупным методическим центром, пополняются книжные фонды, а в 70-х годах коллектив, теснившийся в здании по ул. Коммуны,  получает  два дополнительных помещения. 

К тому времени Надежда Капитонова – известная фигура культурного ландшафта Челябинска: в прошлом чемпион Челябинска по стрельбе из боевого оружия, она всегда попадает в цель и в своих газетных выступлениях о проблемах детского чтения, ведёт передачу на ТВ, работает депутатом районного, а потом городского Советов. 

По инициативе библиотекаря Капитоновой Челябинск стал проводить областные праздники в Неделю детской книги. В гости к юным южноуральцам приезжали  Маргарита Алигер, Георгий Ладонщиков, Анатолий Маркуша…Забегая вперёд, скажу, что жизнь подарила Надежде Анатольевне много незабываемых встреч с людьми. По Дому-музею Корнея Чуковского в Переделкино её водила не кто-нибудь, а внучка Чуковского Елена, а по знаменитому писательскому поселку – Лидия Либединская. Она   переписывается с писателем Юрием Дружниковым, с бывшим  директором  школы № 1 Владимиром Караковским, преподавателями Давидом Гольдштейном и Ниной Новичковой. Наталья Кончаловская упоминает о встречах  с Капитоновой в своей повести «Магнитное притяжение». Её называют «книжкина» мама, по поводу чего молодой Караковский изощряется в шутливых виршах: «Дитячья книга, мы пришли поздравить мать твою…»

С первых лет работы в Челябинске Капитонова ощутила радость быть востребованной людьми и эпохой, в которой книга вообще и библиотека в частности занимали особое место, являясь важнейшим инструментом воспитания. Сейчас времена изменились…

– Раньше  у нас было только два издательства – «Детская литература» и «Малыш», – говорит Надежда Анатольевна.– Но они выпускали тематические планы, библиотекари  заранее знали, что, когда и какими тиражами будет издано, и делали заявки. Сегодня издательств – тьма, а информации об издающихся книгах – почти никакой. В издательской работе нет закономерности, издают то, что считают нужным, книги стали дорогими. В итоге очень трудно пополнять библиотечные фонды интересными новинками, о хорошей книге нередко узнаёшь задним числом, когда её уже нет на прилавках. Именно так, к примеру, произошло с прекрасной книжкой Валерия Приемыхова «Двое с лицами малолетних преступников».  

– Кто-то контролирует процесс чтения, изучает его?
– Когда-то этим занимались Библиотека имени Ленина, Дом детской книги, которые были своеобразными исследовательскими центрами, где собирали разнообразную информацию о книге и её влиянии на детей, участвовали в формировании издательской политики. Сегодня эти проблемы переложены на плечи библиотек.

– А плюсы перестройки?
– В советские времена знакомство с зарубежной детской литературой во многом было продиктовано идеологией: мы читали коммуниста Джанни Родари и почти не знали о других лауреатах Золотой медали имени Андерсена, которая, начиная с 1956 года, вручается лучшему детскому писателю и лучшему иллюстратору в мире. Сейчас мы открыли для себя творчество таких  мастеров, как Анни Шмидт, Туве Янссон, узнали книги Пола Гэллико, Кеннета Грэма и других. Вообще, перестройка подвергла пересмотру прежние  ценности. И выяснилось, например, что  многие произведения детской литературы, преподносившиеся  нам как оригинальные, на самом деле были пересказом известных западных текстов. Например, «Волшебник изумрудного города» Волкова по сути был вольным переводом  «Волшебника страны Оз» Фрэнка Баума, «Старик Хоттабыч» Лагина появился из «Медного кувшина» Энсти, были и другие примеры. И только  Алексей Толстой, написавший «Золотой ключик», и  Чуковский в «Докторе Айболите» ссылались на первоисточники.

Надежда Анатольевна особенно чтит Чуковского. И как прекрасного детского писателя, и как честного художника. Вообще у неё редкое по нашей жизни качество – стремление к правде. Не только в книжках, но и жизни. Она считает, что правда, какая бы она ни была, нужна человеку. Калечит и убивает ложь. Многие  сверстники Капитоновой, даже лучшие из лучших,  были отравлены пропагандистской  ложью. Валерий Аграновский, будучи ребёнком, пошёл к следователю, чтобы донести на отца, которого заподозрил во вражеских настроениях. Спустя годы, став известнейшим очеркистом, Аграновский  со стыдом и болью вспоминал этот свой поступок, предавая его гласности, – чтобы навсегда вытравить из себя яд этой лжи…

Капитонова ищет правду в биографиях известных литераторов. Служит ей, рассказывая о новых книгах. Мне кажется,  даже свою девичью фамилию она оставила из неосознанного желания сохранить правду о своём рождении и своих родителях… 

Наряду с непосредственно библиотечной работой Капитонова всегда уделяла большое значение новому опыту, участвовала в семинарах, конференциях. На  одной из таких конференций  она оказалась рядом  с детской писательницей Беллой Дижур. Краткое это знакомство переросло в дружбу на всю жизнь. По приглашению Капитоновой Дижур  приезжала на Неделю детской книги в Челябинск, выступала в Троицке, позже встречалась с Дижур в Свердловске, подробнее узнала историю её сына Эрнста Неизвестного. Когда Эрнста выслали из страны, Дижур не выпускали, и только благодаря заступническому письму Евтушенко, она смогла выехать в Нью-Йорк. 

Переписка Беллы Дижур, ушедшей из жизни в феврале нынешнего года,  и Надежды Капитоновой продолжалась почти полвека. В прошлом году Капитонова получила от Беллы Абрамовны ее Нью-Йоркский архив с пожеланием передать его в литературный музей Екатеринбурга. В нём много поистине уникальных документов: стихи, письма, дневники, редкие публикации, в том числе то самое письмо Евтушенко, адресованное председателю КГБ СССР Чебрикову со словами: «Дорогой тов. Чебриков!  Христа ради прошу я Вас – отпустите 82-летнюю мать скульптора Эрнста Неизвестного  к её сыну…» (В последний свой приезд в Челябинск Евтушенко по моей просьбе припомнил подробности написания этого письма, сообщив, что его попросил об этом сам Эрнст, к таланту которого он относится с безмерным уважением).  

Дружба с Дижур дала отправной толчок другой истории:  накануне 270-летия Верхнеуральска Белла Абрамовна написала Капитоновой, что дед Эрнста Моисей Неизвестнов (в те годы фамилия звучала так) был богатым купцом и владел типографией в Верхнеуральске. Там росли его дети, в том числе Иосиф – будущий отец Эрнста. Верхнеуральцы об этом ничего не знали, начались поиски.

Заместитель главы администрации Верхнеуральска А.М. Вернигоров пытался найти эти данные в церковных книгах, в архивах Челябинска и  Оренбурга, но ответы были  неутешительными. Надежда Анатольевна, веря в удачу,  написала по своим библиотечным каналам в Оренбург. И получила подробный ответ с документами, справками и даже попыткой составить генеалогическое древо Неизвестновых. 

Сейчас верхнеуральский период биографии Неизвестного восстановлен, а скульптор, узнавший о поиске земляков, направил им письмо, в котором благодарил за поиск и называл той самой аудиторией, к которой он шёл всю свою трудную жизнь художника.

Капитонова  умеет увлекать за собой людей, обладая не только талантом убеждения, но и талантом дружбы. Со своей бывшей  преподавательницей Н.Б. Медведевой она переписывается вот уже более 50 лет. Примерно такой же стаж её  дружбы с писательницей Лидией Либединской, внучатой племянницей Льва Толстого. Капитонова много сделала для того, чтобы на Южном Урале  дети и взрослые знали жизнь и творчество мужа Лидии Борисовны – писателя Юрия Либединского, детство и юность которого прошли на Урале. Он стал первым писателем, написавшим о революционном Челябинске не по заказу, а по велению души. В 1937-м  году его книги запретили, вычеркнули из учебных программ, изъяли из библиотек. Либединская вспоминает, что много ночей подряд он сидел одетый и ждал ареста, но ему сохранили жизнь. А после ХХ съезда его книги стали переиздаваться. Именем Либединского названа одна из улиц Челябинска и библиотека в Миассе, а на здании бывшего реального училища висит мемориальная доска.

Два года назад история с Либединским получила неожиданный сюжетный поворот. Будучи в Москве, Капитонова зашла к вдове писателя Лидии Борисовне и неожиданно узнала о том, что у неё хранится посмертная маска мужа… работы Эрнста Неизвестного. Капитонова была изумлена почти мистическим совпадением, а  Лидия Борисовна  предложила реликвию в дар Челябинску. В сопроводительном письме в городской отдел культуры она так и написала: «Его (Ю.Либединского, – ред.) духовная связь с родными местами не прерывалась никогда, поэтому я рада передать в дар челябинскому музею маску, исполненную Эрнстом Неизвестным (тоже вашим земляком), являющуюся произведением высокого искусства.» 

Вот таким необычным образом в Челябинске, где до недавнего времени не было ни одной работы Неизвестного,  появился экспонат, представляющий двойную ценность – мемориальную и культурную,– и несущий информацию о двух известных людях.

Уйдя с поста директора библиотеки, Капитонова полностью посвятила себя пропаганде детской литературы.  К своему 37-летнему стажу работы на ТВ прибавила новый опыт – работу на проводном радио, где в течение 10 лет ведёт передачу о книгах. В разное время героями её передач становились Андерсен, Януш Корчак, академик Ферсман, Людмила Татьяничева, Серафима Власова, Лев Рахлис. Готовясь к очередному выступлению, она перерывает гору литературы,  а иногда даже проводит собственное  исследование (как с Неизвестным и Либединским),   находя о каждом своём герое такие штрихи и подробности, что рассказ  о нём уже никогда не выветривается из памяти. Например, Гарин-Михайловский в одной из её передач предстаёт не только талантливым писателем и инженером-путейцем, внёсшим огромный вклад в строительство Самаро-Златоустовской железной дороги, но и  экономистом и даже специалистом по сельскому хозяйству, о котором говорили, что если бы Россия следовала его советам, то она бы уже давно обогнала западные страны. Но самый главный его талант – отцовский: у Гарина -Михайловского было 11 детей, двое из который имеют отношение к Южному Уралу. На кладбище Усть-Катава похоронена дочка писателя Варенька, на Урале родился сын Гаря, давший Михайловскому псевдоним «Гарин». 

Особое место в передачах Капитоновой  занимают  южноуральцы, которые были незаслуженно забыты современниками. Надежда Анатольевна исправляет эту ошибку судьбы, возвращая из небытия  имена Лидии Сейфуллиной, журналистов Бориса Ицына, Анатолия Климова и других.

– Говорят, в Америке есть такая профессия– сторителлер, по-нашему рассказчик историй, – размышляет Надежда Анатольевна.– Сторителлера  приглашают в семьи для того, чтобы он рассказывал детям разные занимательные истории. Он – желанный гость на радио и ТВ, неизменный  участник литературных презентаций и ток-шоу. Похоже, я тоже стала таким сторителлером. Мне нравится рассказывать о хороших книгах и их авторах, приобщать людей  к чтению. Книга – это знак принадлежности человека пространству  культуры.