+7(351) 247-5074, 247-5077 info@missiya.info

Вопреки основным законам осени шёл снег. Оранжевые, жёлтые и багряные листья, обильно падая с деревьев, расцвечивали белое покрывало земли ярким задорным узором. Словно приободряли: не унывайте, люди, у осени ещё достаточно красок!

Ревмира и Владимир Никитины с маленьким Артуром. 1968 год.

Я шла по этому причудливому ковру на встречу с Ревмирой Никитиной, мамой известного челябинского предпринимателя Артура Никитина, и старательно настраивалась на лирический лад.

Я думала о прекрасных и чистых эмоциях, что приносит материнство, вспоминала о радости, которую ощущала, когда мои дети делали свои первые шаги или произносили — тоже первые — слова. А какие эмоции должна испытывать мать, чей сын построил для родного города столь необходимые здания, организовал прибыльный бизнес, обеспечил множество новых рабочих мест? Кто он для неё при таком раскладе — всё тот же милый, жаждущий родительской защиты и ласки ребёнок или уважаемый занятой человек, общаясь с которым приходится помнить о дефиците его времени?

С этих вопросов началась наша беседа с Ревмирой Михайловной.

— Даже когда он был маленьким, я не относилась к нему, как к младенцу. Видела в нём личность. Общались на равных. Такой подход принёс свои плоды. Заговорил он, к примеру, в год и три месяца. Для мальчика это считается очень рано. Он старше своей сестры Наташи на три года. Когда ему было всего четыре годика, я могла спокойно доверить ему дочку, зная, что присмотрит за ней, выполнит все советы и поручения. Потом сама удивлялась, возвращаясь домой: он умел переодеть сестрёнку по всем правилам — и ползунки наденет, и кофточку через голову. В обществе брата Наташа никогда не плакала.

Самостоятельность совсем не пугала его. Наоборот! Он добивался, чтобы я дала ему какое-то ответственное задание. Трёх лет ещё не исполнилось, когда выразил желание самостоятельно сходить за хлебом. Возражала, конечно. Но, в конце концов, согласилась. Магазин находился на другой улице. Он направился в ту сторону, а я незаметно — следом (хотя мальчик просил не сопровождать!). Оглянется — спрячусь за дерево. Он меня не обнаружил. Вернулся гордый, радостный. Как же, важное дело сделал, купил для семьи буханку хлеба, доказал, что может быть самостоятельным и полезным…

В начале семидесятых годов в Челябинске наблюдались перебои с молоком. Приходилось отстаивать огромные очереди. Занимали очередь с раннего утра. Артуру уже шесть к тому моменту исполнилось. Так вот, он сам ходил за молочными продуктами. Вставал ни свет ни заря, брал с собой трёхлитровый бидончик и шёл в магазин вполне охотно. А когда сестрёнка Наташа стала первоклассницей, он провожал её в школу и встречал. Я-то работала, отлучиться нельзя было (по профессии — педагог, закончила Саратовский пединститут, филфак с иностранным профилем).

Со своим будущим мужем, отцом Артура и Натальи, я познакомилась уже в институте. Знакомство с ним, считаю, на роду было написано.

— Как это, расскажите…
— Когда мне исполнилось шестнадцать лет, тётушка моя подала чистый рушник — вероятно, какой-то особенный. И говорит: положи его себе под голову, когда спать ляжешь, и такое желание загадай: приснись, мой суженый-ряженый! Я так и сделала. Вдруг слышу во сне: фамилия отчётливо произносится — Никитин. И лицо ещё увидела.

— И что же, вы стали искать человека с такой фамилией?
— Нет, всё случайно получилось. Когда в институте училась, как и все девушки бегала время от времени на танцы. Как-то познакомилась там с парнем, он сам подошёл. За ним много девушек увивалось. Стали встречаться, я и знать не знала, как его фамилия. Но как-то он представиться решил: Никитин. Мне сон мой припомнился, рассказала ему. Он засмеялся и говорит: «Значит, быть тебе моей женой!» Вскоре мы, действительно, поженились.

— Неужели всё в вашей жизни складывалось идеально? И в отношениях с сыном никаких проблем не возникало?
— Не стану скрывать — случалось всякое. Но… Жили мы раньше скромно, как многие. Сын порой просил купить приглянувшуюся игрушку. А скажешь ему: нету, сынок, денежек, и — ничего, успокоится. Как-то, он учился уже в пятом классе, решила я у него проверить дневник. «Ты мне не доверяешь? — говорит. — А ведь я хорошо понимаю, что учусь для себя. Плохим не буду». Обиделся, что не доверяю, учиняю проверки. Мы с ним очень похоже воспринимаем этот мир. Даже сны одинаковые подчас видим. Одинаково чувствуем… Пример? Родилась у него дочь, спрашивают меня: «Как назвать?» Я отвечаю: «Анной назовите». Но вдруг, через сутки примерно, другое имя в сознании обозначилось: Настя, Анастасия! Показалось, что оно для внучки — в самый раз. Теплее, роднее. Звоню, рассказываю о своих ощущениях. Он очень обрадовался. «Я точно так же думаю, — сказал. — И уже проверял: дочка на имя Настя реагирует, глаза открывает».

— Что, по-вашему, следует делать, чтобы достичь столь высокой степени взаимопонимания между матерью и ребёнком?
— Я никогда на своих детей не давлю. Не отдаю указаний: ты должен сделать то-то, так-то. Всегда советуюсь: как нам поступить в определённой ситуации? Внушала им с детства: не надо никого осуждать. Лучше постарайтесь понять, почему человек так поступил? Не надо завидовать, злиться, ненавидеть кого-то. Ненависть разрушает человека, отнимает у него энергию. Лучше, объясняла им, потратьте свои силы на что-то более полезное — на себя, свою семью. Мои дети видели: накопительства, стремления к приобретению материальных ценностей у меня нет. В те времена большим достижением считалось, например, купить «стенку», многие к этому стремились, копили деньги, порой питались абы как — лишь бы на мебель хватило. Для меня же главное, чтобы в семье душевное равновесие царило, чтобы дети были сытые, в тепле. Они воспитывались в обстановке минимализма. Что есть, то и хорошо. А большего, в принципе, не надо. Артур и сейчас такой. Ему важнее не материальные, а личностные достижения: образование, интеллект, разум, людское доверие.

— Но, наверное, эти принципы воспитания вы из своей семьи вынесли? Что она собой представляла?
— Прадеды — Коробейниковы (моя девичья фамилия) — из купцов. Жили в Курганской области, имели винодельческий завод, сеть магазинов. Два брата их было. В городке Куртамыше они построили огромный фамильный дом, сейчас там техникум размещается. Так что жилка предпринимательская
у Артура от моих предков. Когда власть в Российской империи переменилась, их, естественно, раскулачили. Бабушка моя с пятью детьми оказалась на улице, без средств к существованию. До конца своих дней скиталась по чужим углам.

Если углубиться в родословную дальше… Между прочим, прабабушка моя была необычным человеком. Её называли — Шушариха. Умерла в 90 лет. Я знаю о ней только по рассказам своей родни. Предполагаю, она была прорицательницей. Сравнить её можно, на мой взгляд, только с Вангой. Шушариха умела исцелять болезни словом, предвидела будущее. Могла предсказать грядущие исторические события или частные факты — всем, кто к ней обращался. Ни одно мероприятие, будь то свадьба или похороны, не обходилось без её присутствия. Её приглашали, чтобы отвести вмешательство потусторонних злых сил.

Видно, дар предвидения Шушарихи передался моей дочери Наталии. Несколько раз, начиная с детских лет, она предсказывала события, увидев их во сне. Через определённый промежуток времени всё подтверждалось.

Но вернёмся к моей семье. Я жила с бабушкой и тётей в засыпном доме, землянке, на том месте в Челябинске, где сейчас размещена школа № 15. Помню прекрасно, просыпаемся утром, в землянке холодно, воздух влажный, а на стенке — иней. Потрогаешь его пальчиком, поскребёшь… Забавно казалось. Тётушка Наталья Ивановна Тычкова пострадала от событий 1937 года. Её муж, Иосиф Тычков, был некогда крупным партийным работником, приехал к нам, на Урал, из центральной России советскую власть утверждать. Сначала трудился в Кустанае секретарём горкома партии, потом в Челябинске — заместителем председателя совнархоза. Но однажды приехал за ним чёрный воронок… После и тётушку вызвали в органы, говорят: «Твой муж — враг народа, отрекись от него». Она отвечает: «Нет, не верю, не отрекусь!». «Значит, и ты — враг народа!», — объявили ей. И упрятали на восемь лет.

Тетушка довольно скрытная была, свои чувства и мысли предпочитала не демонстрировать. Хорошо помню, когда в 1953 году Сталин умер, она не плакала, как все. Однажды как-то мне сказала: «О нас ещё станут книги писать!». Так и есть, сколько сейчас написано, сказано о жертвах политических репрессий… Тётушку, правда, после реабилитировали, дали пенсию, квартиру однокомнатную выделили. С Тычковым-то они жили раньше в хорошей квартире, в самом центре города, на улице Спартака, ныне — проспект Ленина. Кстати, однажды по радио России я слышала передачу об Иосифе Тычкове. Тётушка долго ещё его следы искала — обращалась в КГБ, писала запросы, пыталась узнать: жив ли? Любили они друг друга очень…

Так что места близ школы № 15 мне очень дороги. Можно сказать, они самые любимые для меня в Челябинске. И совсем недалеко от них мой сын построил прекрасный комплекс «Синегорье», его не зря считают украшением нашего города. Думаю, это не просто совпадение. Скорее, посвящение — мне, моей тёте, бабушке, моему брату.

Я, вообще, по жизни весёлая, общительная. Со многими подругами школьными до сих пор дружу. Встречу класса недавно организовала. И ещё организую. Так мы договорились.

Люблю животных. В детстве мечтала, когда вырасту, открою приют для бездомных собак и кошек. И детям эта любовь к «братьям меньшим» передалась. Животные нас всю жизнь сопровождают. У Артура и теперь живёт несколько кошек.

Ещё он отличался тем, что неплохо готовил. Его фирменным блюдом считался торт «Наполеон». А как он куриный суп с лапшой делает! Объедение… Наверное, потому так хорошо получается, что готовит с душой.

Вообще, сын старался не отлынивать от домашней работы. Уже с малых лет был достаточно трудолюбив. Убирал в своей комнате. Потом уже, будучи студентом, летом подрабатывал обязательно. Я старалась прививать детям уважение к труду и к простым людям.

«Когда сестрёнка Наташа стала первоклассницей, Артур провожал её в школу и встречал». 1975 год.

— Когда он определился с выбором профессии?
— Подростком интересовался медициной, мечтал о юридическом. Но поступил на энергетический факультет Челябинского политехнического института. Однако в жизни его более всего привлекло строительство. Он оказался хорошим организатором. Хотя обычно старается не «светиться», не выставляет себя на первый план. Я заметила даже: на коллективных фотографиях он никогда не становится в первый ряд либо в центр. Всегда ищу его где-то сбоку, в последних рядах. Скромный. И о благотворительности, которой
занимается давно, не трубит на каждом углу по этой же причине.

Ему важно созидать, создавать вокруг себя нечто красивое и новое, преображать мир вокруг. Он всё трудится, трудится… Сам себя называет трудоголиком. Такой характер. Много уже зданий построил, но мечтает ещё Храм Божий возвести. Думаю, воплотит задуманное. Он — упрямый, эта черта — от меня.

Как-то, в трудную минуту, говорю ему: «Не лучше ли поселиться и жить где-то за границей? Там обстановка спокойная, жизнь другая». «Нет, — возражает, — я буду жить здесь! Где родился, где прошло моё детство». В этом я сама, наверное, «виновата» — учила их любить родные места.

— Интересно, как теперь складываются ваши внутрисемейные отношения? Удалось ли сохранить в общении с детьми ту теплоту, что присутствовала раньше, во времена их детства?
— У сына сейчас — своя семья, у Наташи — тоже. Живём отдельно, но ощущения, что утратили душевную связь, не чувствуем. Любовь, уважение, забота по отношению к близким сохранились до сих пор. И радость, и беду переживаем вместе, советуемся по всем жизненно важным делам. Поэтому семья у нас крепкая, большая, единая. Хотя, повторяю, живём порознь. Я всегда внушала детям, да и сама придерживалась убеждений, что из любой, самой трудной ситуации имеется выход, выбираться из неё надо достойно, не позволяя унижать себя, и быть при этом стойким. Никогда не унывать, достигая намеченной цели. И тогда всё осуществимо и ничего не страшно.

Теперь я богата ещё и внуками. Их у меня пятеро, и всех я очень люблю.

— Про детей говорят: они — наше зеркало, наше продолжение. Вы можете подтвердить эти слова в отношении своего сына?
— Мне семь лет было, когда взрослые взяли меня на похороны. Тогда впервые задумалась: зачем живу, для чего родилась? И однажды мне пришёл ответ — свыше, наверное: «Ты должна воспитать прекрасных детей!». Не скрою, я достаточно честолюбивая была, мечтала прославиться, оставить о себе память. Но, оказалось, моё предназначение не в этом. Мой сын воплотил мои желания и мысли!

«Даже когда Артур был маленьким, я не относилась к нему как к младенцу. Видела в нём личность».

Недавно я болела. Лечили в Москве. Целый месяц, забросив все дела, вместе со мной находился сын. Круглосуточно — рядом, не доверял никому. Сам ухаживал, сопровождал на процедуры. Ради моего спасения во время лечения предложил собственные стволовые клетки. Пришлось семь раз переливать кровь — выкачивали практически полностью из его организма и затем вновь вливали ему же. Согласитесь, нужно определённое мужество, чтобы решиться на такое. После, дела пошли на поправку. Стала даже вставать с постели. Врачи настаивали: при ходьбе надо опираться на костыль. Но я отказалась. Сама, говорю, в состоянии ещё ходить. Трудно было, но ничего — пошла. Главное — не раскисать, не ныть.

…Любовь спасла меня. Любовь моих детей, которым я нужна, которые нужны мне. Я дала им жизнь, и они платят мне тем же.

Ещё во время нашего разговора я обратила внимание, как постепенно преображается Ревмира Михайловна. Усталое, как мне показалось поначалу, лицо её светится изнутри, глаза начинают сиять каким-то особым блеском. И вот уже передо мной — энергичная женщина, способная заразить бодростью, радостью, смехом.

Словно в подтверждение моих мыслей Ревмира Никитина признаётся: «Не люблю бездеятельности, мне надо обязательно двигаться, с кем-то общаться, что-то новое узнавать. Поэтому нравится встречаться с молодыми, стараюсь не отставать от них».

Напоследок обмениваемся телефонами. Тут моя собеседница вновь поражает меня. Тем, что цифры с лёгкостью запоминает, а не записывает, как происходит обычно. Уверяет, что постоянно держит в памяти до 30 телефонных номеров. И даже если понадобится поговорить с кем-то через два года, вспомнит и позвонит. Это удивительно уже само по себе, а ещё более потому, что есть кому позвонить, и твоего звонка действительно ждут.

error: © ООО «Издательский дом «Миссия»