15 лет назад на самой красивой улице города открылся модный джинсовый салон. Люди быстро нашли дорогу к нему, может быть, из-за его необычного названия — «Саша», или оттого, что за стеклянными дверями их встречали забота и уют почти семейные. Влюблённые парочки назначали друг другу свидания у этих дверей. «Где встретимся?» — «У «Саши». «Куда пойдём за подарком?» — «К «Саше». Только никто из горожан не догадывался, что полюбившийся магазин носит имя старшего сына хозяйки салона. Погибшего её сына.

Мальчик родился Львом. Как и его мама, которой на этот счастливый момент едва исполнилось 19. А в 17 Лариса покинула отчий дом и оказалась в Челябинске. Город стал ей родным с самого первого дня, когда она приехала сюда, едва закончив школу. Приехала со своим Евгением, вернее — за Евгением. Это он, Женя, вернулся на родину из Омска, где успешно закончил институт и благополучно распределился… домой. И вместе с дипломом Евгений привёз к маме и папе красавицу Ларису…

…Она стояла на автобусной остановке около Омского драмтеатра в новых туфлях вся перепачканная чернилами — ручка потекла. Какой-то парень насмешливо бросил: «Двоечница, наверно». Она возмутилась. Это она-то — гордость школы, круглая отличница и чемпионка города по фигурному катанию — двоечница!! Мнения о себе Лариса была высокого. Подъехал её автобус, и она раздумывала — прыгнуть или пропустить? «Народу много, затопчут мои новые туфли», — думала с досадой, глядя, как утрамбовывается её насмешник в автобус, оглядываясь на красивую девочку. Вот уже водитель объявил: «Двери закрываются». И Лариса в самый последний момент прыгнула на нижнюю ступеньку. Успела.

…Евгений не ухаживал за ней, как ухаживают взрослые парни за взрослыми девушками. Относился к ней как к ребёнку, маленькой девочке, очень бережно. А ей хотелось целоваться, чтоб голова кружилась, и мир вокруг исчезал. Она заканчивала школу, он — институт. А тут такая любовь! Как будто две половинки мира встретились и срослись неразделимо. Поди, останови девчонку, если она влюбилась и твёрдо решила ехать за своим любимым… да хоть куда! Родители просили только — брак зарегистрируйте. Челябинск её встретил так тепло, что она сразу почувствовала себя дома. Легко и естественно влилась в дружную семью мужа.

 Январь 1971 года.

А через два года родила сына — первенца, Сашку. Они называли его «звёздный мальчик». Почему? А таким он и был. Красивый и рослый (выше своих сверстников). Глаза у Сашки — светлые, не как у отца, но и не материны, ярко-синие. А зеленовато-карие, лучистые. И сам характерный. Искрящийся. Когда два «огня» сталкивались — Лариса и Сашка — искры летели во все стороны, споры взвивались до небес! Но оба — мать и сын — чувствовали при этом щемящую любовь друг к другу. И прощение сын просил всегда первым у матери. К отцу Сашка по-другому относился — уважал очень, отец учитель для него был во всём, авторитет главный. А вот мать — оберегал. Гости в дом приходят, маленький Сашка с порога: «Снимайте ботинки, мама полядок сделала». А ревновал как! Все веселятся, поют, танцуют. Только к маме кто-то подойдёт, на танец пригласить, Сашка тут как тут — с разговорами лезет, отвлекает мамино внимание на себя. А как гордился тем, что его мама — самая красивая! Лариса смеялась только — мужичок растёт! Когда через восемь лет Лариса уже ждала второго ребёнка, они поехали всей семьёй в Омск, к её родителям. Там вдвоём — мама и сын — до одури собирали грибы, азартные ведь, остановиться не могут, пока лукошки полными не наберут. А однажды Санька взял у деда супер-удочки, и они пошли на Иртыш рыбачить. Санька закинул свой «невод», и удочка зацепилась. Пришлось Ларисе вместе со своим животом плыть за удочкой. А Сашка на берегу стоял, мелко дрожа. Когда мама вышла — мокрая вся, жалкая, платье живот облепило, он сильно-сильно прижался к ней: «Я так боялся, мама, что ты утонешь!» Потом они катались на катере. Волны, ветер, брызги! Сашка смеётся, что-то кричит, перекрикивая шум двигателя. Ларисе вдруг плохо стало — побледнела, глаза закрыла. Сашка испугался: «Мам, что с тобой, мамочка! Тебе плохо, скажи?»…

Серёжка получился у Вайнштейнов совсем другим — характером больше в отца. Спокойный, рассудительный. И Сашка как-то сразу взял на себя шефство над младшим братом. В сад водил, из сада забирал, в школу ходил за него драться. И на родительские собрания, когда Серёжка что-то натворит, или оценок «неправильных» наполучает. Сашка приходил в школу и назывался дядей Сережкиным (благо рослый!). Потом Лариса случайно узнавала от классной руководительницы, что в прошлое собрание она «болела», а Евгений «был в командировке». Не выдавала своих мальчишек.

Евгений всегда работал много, да постоянные командировки, поэтому дом и дети были полностью на плечах Ларисы. Челябинск, 1982 год.

Лариса тогда работала на полставки в «Вечёрке» спортивным обозревателем. Получала соответственно. Прибегала с работы и на скорую руку своим мужчинам что-то готовила. Однажды поехала куда-то «к чёрту на кулички» делать репортаж с соревнований в детском доме. Больной Серёжка дома остался. Домой возвращалась — сердце щемило — так жалко ей было и чужих, брошенных деток, и своих мальчишек, которые дома остались одни — за хозяев. Пришла, а младший сын, гордый до невозможности, показал, как он, ожидая маму, плитку почистил, даже конфорки бритвочкой отскрёб — чтоб блестели! А Сашка, тоже гордый, из магазина вернулся, протянул ей ладошку, где синим номер написан — 115-й. Очереди тогда были нескончаемые на все продукты и товары. И Сашка без лишних слов взял на себя эту «мужскую» обязанность — продуктами семью обеспечивать. Лариса ему часто говорила: «Да брось ты, Сань!» «Нет, мама, я дождусь!» — и дожидался. Евгений у них всегда работал много, да постоянные командировки, поэтому дом и дети были полностью на плечах Ларисы. Командовала она мальчишками лихо, когда надо, и подзатыльниками убеждала. Они обижались, но недолго, потому что любили мать безумно.

Но однажды она услышала, как прозвенел для неё «звоночек». Как всегда, прибежала в обед после работы, встала у плиты. И старший сын ей сказал: «Раньше, мам, ты нам вкусно готовила, никогда не спешила. Брось ты свою газету, мама! Ну что ты там получаешь? Копейки!» — И последнее старший сын произнёс так пренебрежительно, что Лариса осеклась. Но собралась с духом и вечером, перед всей семьёй торжественно объявила, что отныне будет работать на полную ставку, а домашние обязанности поделят между собой сыновья. Правильно решила, как время показало. Разве домохозяйка, вся такая мягкая и женственная, может настоящих мужчин воспитать? Девочек — другое дело. Бог, получается, даёт женщине детишек точь-в-точь к её характеру…

…А после восьмого класса Сашка бросил школу. Произошёл конфликт с учителем, Сашка считал, что прав он. Родители полагали так же, но хотели, чтоб сын закончил школу, потом институт… А Сашка ушёл в школу рабочей молодёжи. Днём работал бетонщиком, вечером сидел за партой. Очень боялись Лариса с Евгением за старшего сына, но раз он так решил… Они позволяли ему проживать его собственную жизнь, делать его собственные ошибки… Однажды в десятом классе, Сашка уехал с девочкой в Москву, а родителям сказал, что он с друзьями катался, и машина сломалась. Отец с матерью всю ночь не спали, а позже случайно нашли фотографию, где их старший сын с девочкой стоит у храма Василия Блаженного…

Проводы Александра в армию. Челябинск, 1988 год.

…Только перестройка началась, Лариса ушла в бизнес — открыла первое частное на ту пору рекламное агентство. Сначала домашние смеялись: «Ты и бизнес? Невозможно!» Но дела пошли. Когда Ельцина выбирали, ей доверили обеспечить наружной рекламой президентскую кампанию. Сашка тогда сказал матери уважительно: «Не ожидал, мама». И гордился Ларисой ужасно. Отцом — не меньше, но по-другому. Евгений тоже признал в жене бизнес-леди, подарил Ларисе первую её машину. И Лариса отправилась учиться на права в школу ДОСААФ. Назначили ей вождение, и она сказала инструктору: «Тебе придётся заезжать за мной в офис, моё время дорого». И заезжал ведь! Она всегда умела заставить людей делать то, что хочет она…

…Армию Вайнштейны сочли «спасительным кругом», который вытащит Сашку из чуждой ему среды. Отслужил, как положено, два года в Елани, радиовойсках. А после выучился на экономиста, открыл свой бизнес. И закрутилась-завертелась Сашкина «взрослая» жизнь. Одна девушка, другая. Он был страшно влюбчив. А как красив! Гремучая смесь для молодого обеспеченного мужчины. Лариса тогда строго наказала обоим сыновьям: «В дом кого попало не водить!» Матери всегда ревнуют своих сыновей к девушкам — своя ведь кровиночка, жалко, если растрачивает себя напрасно. А Лариса была уверена: она — вне конкуренции. Не могло быть, как считала, у мальчиков таких девушек, которые могли бы соперничать с ней. Мать — она одна…

…Но почему, скажите на милость, душа матери сильнее болит за старшего ребёнка? Она любит своих детей одинаково сильно. Но отчего-то самые отчаянные мысли всегда о нём — старшем? И почему каждую минуту хочется слышать, что у него всё в порядке? Что он живой и здоровый. …В тот год Лариса совсем уже успокоилась и была вполне счастлива: любящий муж, красивые, умные сыновья, благополучный дом. Что ещё нужно? Сашка стал совсем взрослым и самостоятельным, его бизнес ширился. Он определился и в другом — жил с женщиной, которую любил, и у них рос ребёнок.

…Сашка приехал к матери вечером, в день её рождения, привёз ей охапку белых роз. Он всегда их дарил маме, потому что знал, что больше всего ей нравятся — белые розы. Но не остался надолго, сказал, что уходит в ресторан с друзьями, а праздновать день рождения придёт завтра… В четыре утра раздался звонок, и кто-то страшно сказал, что сына её — Сашки — больше нет. Он встал на защиту своей женщины, и бандиты убили его…

…Говорят, нет такого горя, которое нельзя пережить. И что такое — пережить? Забыть? Забыть о гибели ребёнка нельзя. С этой бедой всю жизнь живёшь. Они и жили. Лариса и Евгений боялись приблизиться друг к другу. Как можно утешить другого, когда у самого горе душу наизнанку выворачивает? Какие-то чужие бабушки всё звонили и звонили в дом к Вайнштейнам. Сашка им помогал раньше — то посылочку родственникам снарядить, то лекарствами, другими какими житейскими мелочами. Вайнштейны отвечали бабушкам глухими голосами: «Сашки больше нет». И не могли рассказывать о том, что случилось. Не могли. Вайнштейны никогда не говорили вслух о том, что произошло, боялись удвоить горе. И Серёжка весь как-то сжался. Супруги решили, что лучше будет, если младшего сына отправить из дома на какое-то время. И послали его в Америку учиться на год. Сильные люди почему-то справляются со своим горем в одиночку. Лариса не могла слышать, как родные и близкие ей люди при ней вспоминали Сашку в день его рождения или день памяти, которые теперь ежегодно отмечали Вайнштейны…

 Лариса Вайнштейн с внучкой Сашей. Израиль, 2000 год.

Сергей вернулся из Америки совсем взрослый, закончил тот же институт, что и старший брат, женился на девушке Кате. И когда родилась у них девочка, единодушно назвали её Сашкой. И странным образом маленькая Санька напоминает Вайнштейнам их старшего сына и брата. У неё такие же, как у Саши, зеленовато-карие искрящиеся глаза. Белые розы ко дню рождения Ларисе дарит теперь её младший сын Серёжа. Она счастлива. И ни разу не пожалела Лариса, что много лет назад в Омске запрыгнула в тот автобус. Ни слова не выкинула бы из песни своей жизни. Вот только б трагедии не произошло. Вот только б… Иногда на улице промелькнёт чьё-то чужое лицо, чем-то похожее на Сашкино. Или в чужих глазах Лариса увидит сияние Сашкиных искрящихся глаз. И тогда Ларисе кажется, что умерла бы от счастья, если б это оказался Сашка. Но… никто и никогда не заменит матери старшего сына. Он для Ларисы — навсегда — её единственный. Её Сашка, её звёздный мальчик. Её стойкий оловянный солдатик, сгоревший до времени из-за любви.