Не хочу я жить в Челябинске! В Москву поеду, буду поступать в литинститут, уже отправила им свои рассказы. Я всегда мечтала писать книги – про жизнь, про любовь. А в нашем универе мне не интересно – журналистика, это не то, что я хочу.

Книжки? Конечно, читаю! В 13 лет погрузилась в «Записки институтки» Чарской, с нее все и началось. Однажды попалась мне в руки вещица из серии «Альтернатива» – «Эйситхауз». Про Амстердам, наркоманов, изнанку жизни – настоящая, искренняя вещь. Я сама стараюсь писать искренне, иначе – зачем? Читатель тонко чувствует фальшь. 

Моя любимая – «Дом сна» Джонатана Коу – как картина Мастера, которая закончена вплоть до штриха. 

Почему не работаю? А смысл? Летом в каникулы нанялась официанткой в ресторане. Два месяца отработала, выдали две тысячи. Я спрашиваю: почему две? Они говорят: а вы должны нам за бой посуды. Ну и какой смысл? Я проездила больше. Не буду!

Тусуемся. А что еще делать? Делать здесь нечего! Чем занимаемся? А ничем. Разговариваем – о том, о сем.

В Челябинске все пьют. Все. Ни одна туса не обходится без банки пива, бутылки водки, коктейля… Я знаю людей, которые две недели не пили, потому что денег не было, а вот чтоб деньги были, и две недели не пить – такого не встречала! Не знаю, почему: или им говорить не о чем, или стесняются друг друга.

Зимой решила пожить одна, ушла к другу. Нет, просто друг, ничего такого. Он не любит жить один. А я не могу больше слушать маму. Конечно, маму предупредила и брата Борьку, ему 12.

Маму, конечно, люблю и уважаю. Она талантливая, красивая женщина, она работает много – жизни не видит. Я просто не хочу жить как она. Я не говорю, что она плохо живет, но так – не хочу.

Прочитала Киосаки «Бедный папа, богатый папа», он про крысиные бега пишет: о том, что бедные всю жизнь работают-работают, а толку нет. Я не хочу участвовать в крысиных бегах!

Увидела парня со спины и сразу поняла – он! Через две недели мы испугались, решили остаться друзьями. Через месяц нам уже казалось, что мы всю жизнь вместе. А потом расстались на непонятной ноте. Вдруг он стал нужен всем – подружкам, друзьям. Ему нашептывали, мне говорили «да у него…». Вот такие подружки. 

Мама про него не знает. А Борька знает. И, кстати, уважает его. Но хранит мой секрет, недавно шепотом сообщил: «Твой звонил, пока тебя не было». 

А между нами ничего и не было – просто близкие очень. Он говорил такие поразительные вещи: «Я поеду в Москву, устроюсь там и заберу тебя с собой». Планы строил. Называл меня Ассоль, я спрашивала: «И где мой принц?» Он отвечал: «Здесь»

Теперь он уехал в Москву. Знаю, все знаю. Мне рассказывают про него, я уверена, ему – тоже. Я чувствую – он меня держит. И я – его, наверное. Дождаться здесь? Нет, поеду.