+7(351) 247-5074, 247-5077 info@missiya.info

«О спорт, ты мир!» — сказал основатель современного Олимпийского движения Пьер де Кубертен. И был абсолютно прав. Для судьи международной категории, заслуженного работника физической культуры, почётного работника высшего образования, награждённого дипломом Национального олимпийского комитета «За справедливость» Анатолия Михайловича Городецкого это утверждение давно стало буквальным. Во-первых, он открывает суровый и прекрасный мир профессионального спорта своим подопечным. Во-вторых, благодаря своей профессии он объездил весь мир в качестве судьи многочисленных соревнований. Наконец, в третьих, за огромный срок работы в Челябинском педагогическом университете он воспитал и подарил городу и миру целую плеяду талантливых мастеров. Тема нашего сегодняшнего разговора — спорт. Спорт как битва, спорт как искусство и даже — спорт как залог человеческой порядочности. Присоединяйтесь.

– Анатолий Михайлович, скажите, для спортсмена важен талант, что называется, от Бога?
– Одарённость? Несомненно!

– А что вас привело в спорт? Кто заметил вашу одарённость?
– Я спортом целенаправленно не занимался в раннем детстве. Баловался, как все: футболом, лыжами… А спортивной гимнастикой начал увлекаться под влиянием приятелей. Тренер, который с моими друзьями занимался, сказал: хочешь в нашу группу? Освой подъём верхом на перекладине. Во дворе у нас был турник. И я все мозоли сорвал на этом турнике, руки в кровь стёр… Освоил.

– Первое своё соревнование помните?
– Мне ещё шестнадцати не было. 1946 год, Новосибирск. Ехал туда в составе сборной команды школьников нашей области. Помню, хлебные карточки с собой везли, время послевоенное, тяжёлое. И ехали до Новосибирска долго-долго, с какими-то остановками, задержками. Там нашу команду запомнили. Мы выступали в чёрном гимнастическом трико с красными поясочками. Сейчас такой формы, конечно, уже нет. – Мне ещё шестнадцати не было. 1946 год, Новосибирск. Ехал туда в составе сборной команды школьников нашей области. Помню, хлебные карточки с собой везли, время послевоенное, тяжёлое. И ехали до Новосибирска долго-долго, с какими-то остановками, задержками. Там нашу команду запомнили. Мы выступали в чёрном гимнастическом трико с красными поясочками. Сейчас такой формы, конечно, уже нет. 

Из школьных предметов я любил математику и физику. После школы поступил в механико-машиностроительный институт (нынешний ЮУрГУ) на факультет автотракторостроения. Параллельно ходил тренироваться в сельскохозяйственный институт по улице Красной – там занимался лучший гимнаст города, Виктор Труханов, наш первый мастер спорта по спортивной гимнастике. Помню, крутишь на перекладине обороты – в потолок ногами упираешься. А в 1947 году открылся физкультурный факультет в педагогическом институте, мы приходили в спортивный зал, он нам тогда казался огромным. Играли в волейбол. И мои друзья как-то все поступили в ЧПИ, а я к ним «в гости» приходил. Но душа у меня тоже к педагогическому лежала. А тут из Москвы приезжает мой старший брат, который учился там в военном училище, и говорит: «Если хочешь, переходи, не теряй время!» Я родителям-то боялся сказать… Мы с братом пошли, забрали из машиностроительного документы, я сдал анатомию и психологию, и перевёлся сюда на второй курс. 

Мой здешний преподаватель – Эдуард Борисович Иванов – открыл во мне педагогическую жилку. Я ему подражал на занятиях. Он стал готовить меня на смену себе. На третьем курсе я уже начал работать, вёл гимнастику. И мне никуда не хотелось из ЧПИ уходить… Вот и не ушёл, как видите.

– Как же вы после окончания института миновали советскую систему распределения?
– Я её не миновал. Потребность страны в учителях физкультуры была большая. После окончания института, когда распределительная комиссия начала предлагать для меня варианты, ректор говорит: давайте его оставим на факультете! А я ему и рад вторить: вот, мол, слушайте ректора, он лучше знает! 

– И вся ваша дальнейшая жизнь, около шестидесяти лет, связана с Челябинским педагогическим университетом! Вас никто никогда не «искушал» перейти в другое место?
– Было такое единственный раз, в 1970 году, когда в Челябинске открывался институт физической культуры. Меня позвали туда, предложив сразу должность заведующего кафедрой гимнастики. Я отказался. Мне даже пригрозили, что не пустят в Италию (я там должен был судить универсиаду), если не перейду. Но я подумал: не по-джентльменски оставлять родной ВУЗ.

Работал здесь заведующим кафедрой спортивных дисциплин, деканом факультета физвоспитания, а с 1990 года – заведующим кафедрой физвоспитания.

– Анатолий Михайлович, вы, наверное, достойную плеяду учеников воспитали!
– За время своей работы я подготовил шестнадцать мастеров спорта. Среди них – серебряные и золотые призёры различных спартакиад. Сейчас многие из них преподают сами, воспитывают уже свои плеяды… Из самых талантливых могу назвать своего первого ученика Николая Овчинникова, он мой ровесник. До знакомства со мной был практически самоучкой. Очень упорный, всего достигающий целеустремлённостью, трудолюбием. Он стал прекрасным тренером. Лучший по результатам ученик – Владимир Сайкин. О нём писал «Советский Спорт», он был серебряным призёром Спартакиады народов РСФСР, есть у него и золотая медаль.

 Многие из учеников сейчас работают в университете физкультуры, кафедрой гимнастики там заведует тоже мой ученик, доцент Виктор Миловидов. Есть в арсенале моих выпускников и… доктор философских наук Павел Миронов. Тренировался у меня, не знаю, помогло ли это ему стать философом.

Важно, что я никогда не имел дела с новичками. Ко мне приходили талантливые ребята из спортивных школ, где до этого занимались у прекрасных тренеров. 

– Вот мы начали разговор с того, что одарённость, безусловно, нужна. То есть, если человек обладает упорством, терпением, трудолюбием – этого всё-таки для спортивной гимнастики недостаточно?
– Знаете, как правило, нет. Просто без таланта нет виртуозности. Блеска. Спортивная гимнастика – технически сложнейший вид спорта, в ней – бесконечное количество элементов, которыми нужно овладевать: чем большими владеешь, тем выше твоё мастерство. Это же… как зрелищный вид искусства! Как балет! Надо обладать навыками акробатики, координацией движений, нестандартным мышлением, потому что только мыслящие достигают здесь высот. 

Одно время в требованиях в оценке спортсменов был так называемый «РОВ» – по первым буквам – риск, оригинальность, виртуозность. Вот три кита, необходимые спортсмену в нашем деле. И ни один из этих критериев простым трудолюбием не достигается. Разные люди могут делать одно и то же упражнение: один виртуозно, а другой тяжело. Гимнаст может ещё только руки в стороны раскинуть – а специалисту уже видно его мастерство. Так же и в музыке: есть посредственный музыкант, а есть Ван Клиберн. И оба играют одного и того же Шопена: уже по первым нотам слышно, кто есть кто.

Вот сейчас нашего гимнаста Алексея Немова в Сиднее засудили, и в знак несправедливой оценки весь дворец десять минут стоял и аплодисментами его поддерживал. Да, он сделал ошибку в приземлении. Но по его мастерству, пластике, осанке зрители видели – это виртуоз от Бога!

– А азарт что-то решает в вашем деле?
– Только в смысле стремления быть лучшим. В остальном – нет. Понимаете, это не игра. В футболе гол может забить любой. А здесь за тебя никто ничего не сделает. Поэтому, прежде всего, нужно умение сражаться, стремление преодолеть себя. Азарт мешает тонкости, филигранности исполнения. Чуть руку поставил не так – и всё. Ошибка.

– Спортивная и художественная гимнастика – родные сёстры или дальние родственницы?
– Сейчас они всё больше и больше сродняются. Элементы исполнения в той и другой всегда были взаимопроникаемы. А ныне, чтобы сделать настоящее зрелищное «шоу» для искушённого зрителя, необходимо всё сразу: художественная гимнастика, спортивная гимнастика, акробатика. Так что основными различиями остаются два. Во-первых, художественная гимнастика – только женский вид спорта. Во-вторых, там работают со снарядами, а у нас – на снарядах. 

– А что самое сложное в спортивной гимнастике для педагога?
– Наверное, составить упражнение, чтобы полностью отвечало требованиям и раскрывало потенциальные возможности того или иного ученика. Сложность упражнения не должна форсироваться в ущерб качеству, и здесь важно соблюсти тонкий баланс. Следует учитывать всё, включая особенности характера ученика. Например, у одного всё прекрасно получается в тренировочном зале, а на соревнованиях – ну никак. Волнуется. А бывает с точностью до наоборот: нужна публика, чтобы всё исполнил с блеском.

– В среднем  – сколько часов в день необходимо тренироваться?
– Нужны три тренировки в день, не считая утренних разминок. Общим количеством шесть-семь часов. Конечно, никаких выходных. Питание соответ-ствующее – чтобы компенсировало огромные нагрузки…

– Гм… Лично я к вам проситься пока повременю… А просятся многие? Скажем, родители детей в спортивную гимнастику часто приводят? И вообще, какие шансы у Челябинска стать мощной площадкой для этого вида спорта?
– Детей приводят достаточно, и хорошая школа сегодня в Челябинске есть. Назову имена заслуженного тренера России Виктора Щербакова и его воспитанника, заслуженного мастера спорта, призёра чемпионатов мира и Европы Евгения Жукова; семикратного чемпиона России, мастера спорта международного класса Евгения Крылова, который является воспитанником Андрея Короткова; а также мастеров международного класса Александра Дёмина и Дмитрия Баркалова. Последний занял второе место на крупном международном турнире в Москве, а на Кубке Сибири выиграл четыре снаряда из шести – а ведь там выступала почти вся сборная! 

Но, чтобы гимнастика росла, нужны условия. Недавно я ездил на соревнования в Ленинск-Кузнецкий. Если бы вы знали, какой у них там роскошный спортивный комплекс! Всё в одном флаконе: и пристрой-гостиница, и пищеблок, и интернат, – ребята живут, как в подводной лодке! И на соответствующем уровне занимаются. У меня мечта – создать такой же центр в Челябинске. Уверен, что в этом нас поддержат городская и областная администрации.

– Анатолий Михайлович, вы – судья Международной категории по спортивной гимнастике. Опишите кратко географию ваших судейств.
– Проводил я соревнования, начиная от детских городских и заканчивая чемпионатами СССР во многих городах. Был в директорате проведения Олимпиады-80 в Москве. Отсудил десять универсиад: в Италии, Японии, Болгарии, Мексике, Румынии, Англии, Канаде, Америке, Китае…

– И почти всё это в советское время! Когда практически вся страна не имела права на выезд…
– Да-да, и я прошёл эти сборы в ЦК, где отвечал специальной комиссии на «хитрые» вопросы… В Москве, перед тем, как лететь за границу, мы должны были пройти обязательный ритуал для повышения патриотизма – могила Неизвестного солдата, мавзолей… Бывало, из самолёта в последний момент высаживали того, кто должен был лететь, и усаживали на его место другого,
более «благонадёжного». Так что, пока не взлетали, уверенности, что попаду на соревнование, не было…

– Самое яркое впечатление от зарубежных соревнований?
– В 96-м году мир отмечал столетие современных Олимпийских игр. И я судил Олимпийские игры в Атланте. Россия впервые выступала самостоятельно (в Барселоне 92-го года наши спортсмены только участвовали в составе сборной СНГ). И наша команда завоевала золотые медали!

– Признайтесь-ка: ваша заслуга?
– Семикратный олимпийский чемпион Борис Шахлин, мой большой друг, так и говорил: да это Городецкий выиграл в Атланте, его и поздравляйте! Я действительно там передружился со всеми судьями, они приходили в мой номер в гости, я им фокусы показывал, мы без переводчика друг друга понимали. Очень тёплые, уважительные были отношения. 

Хотя технология работы очень сложная. Ещё неизвестно, кому тяжелее – спортсменам или судьям.  Приехав, мы сдаём экзамен…

– Вот тебе раз! Судей такого уровня экзаменуют?
– Экзамен проводит Международный технический комитет. Мы просматриваем на мониторах упражнения сильнейших гимнастов, пишем оценки, сдаём их в экспертную комиссию. Комиссия решает, насколько наши оценки адекватны. Потом проходит жеребьёвка: кто какие упражнения будет судить. Первый день я судил вольные упражнения, второй день – упражнения на брусьях, третий – на коне.

Если судья ошибается, ему апелляционное жюри показывает жёлтую карточку – как на футболе. И ещё: чем выше общая оценка, тем меньше должно быть расхождение в оценках отдельных членов жюри. Со мной работали американец, японец, грузин, китаец, итальянец. Есть неписаный закон: нельзя ошибиться, когда судишь своего земляка! Ведь каждый судья за свою страну тайком болеет… Скажем, представитель Японии Россию чуть-чуть «занижает», а свою страну – «приподымает». Я знаю, что он так сделает, и поступаю соответственно. Это очень тонкая, почти ювелирная игра. 

– Просто какая-то высшая математика!
– Да, целые кривые выстраиваются! Например, если я начал кого-то судить чуть строже, я потом эту свою линию должен держать, а не стараться попадать в «средний балл» остальных судей! Расскажу одну реальную историю. Однажды на московских соревнованиях выступали, довольно слабо, кубинцы. Оценивала их судейская бригада во главе с заслуженным тренером России Михаилом Левиным. И вот судьи решили Левина «прокатить». Он ставит кубинцам низкую оценку, а остальные – специально – завышенные. Левин в недоумении, но потом понимает шутку, пишет на оценочном листке «Вас понял, Фидель Кастро!», завышает следующую оценку и отправляет листок. Выясняется, что в этот раз судьи специально занизили оценки. Тогда Левин отправляет следующий листок абсолютно пустым. На это уже, как вы понимаете, ответить нечего…

А вообще специальный контроль наблюдает за судьями и в случае чего докладывает: такой-то судил предвзято. Поэтому и напряжение огромное, и ответственность. Вот этим мне Атланта запомнилась…

– Наверное, приехали домой – отдыхали месяц?
– Я вам по секрету скажу: я отдыхать не умею. 

– То есть… Вообще? 
– Времени нет. Из всех культурных мероприятий выбираюсь только на спортивные. Я ведь председатель Областной федерации гимнастики… Езжу по школам, смотрю. Отпуск часто провожу в родном университете: кто ещё будет спортзал ремонтировать, учебные вопросы решать? Иногда выезжаю на олимпиады, универсиады… Такой отдых.

– Ну, хорошо… Вот сад у вас, например, есть?
– Есть. Был. Я его отдал одному нашему тренеру – если у него ещё силы и время остаются, пусть копает. 

– Ну хоть раз в жизни занимались бездельем по-человечески?
– Таак… один раз, кажется, было. Меня насильно отправили в санаторий «Кисегач». Да, в первый и последний раз. Скучновато было, но понравилось. Только через десять дней нога начала хромать. Видимо, отвыкла от рабочего ритма. Пришлось вернуться домой…

Конечно, мир я посмотрел. В Италии в 81-м году после проведения чемпионата Европы нас повезли на экскурсию в Пизу, Сиену, Флоренцию… Незабываемо! Ещё многим могу похвастаться. Ниагарским водопадом, например…

– Анатолий Михайлович, не нужно долго присматриваться, чтобы заметить: вы в отличной форме! Если вы так мало отдыхаете – чем поддерживаете эту форму?
– Утром всегда делаю зарядочку. Захожу в ванную, наливаю по щиколотку холодной воды и делаю в этой воде сто восемь шажков на месте.

– Почему сто восемь? Магическое число?
– Сам не знаю. Мне в Грузии этот рецепт шепнули во время застолья, после того как я у них очередное соревнование провёл. Вот так уже пятнадцать лет и топаю. Потом обливаюсь холодной водичкой. Это я с жены пример взял. Она начала, потом прекратила, а я чего-то пристрастился. Вам тоже настоятельно рекомендую. Для начинающих зимой воду можно с вечера наливать, чтобы чуть-чуть прогрелась.

А главное, конечно, – веду практические занятия. Вот там приходится попотеть… Сейчас занимаюсь со студентами специальной медицинской группы, теми, кто имеет отклонения в здоровье. И главная моя задача – чтобы они из этой группы ушли. Приходят ко мне с улыбками: мол, повезло нам, щадящая группа, а я им отвечаю: плакать надо, что в щадящую попали! Береги здоровье смолоду!

– Это ваш девиз?
– Девиз у меня был написан на табличке и висел раньше на стене кабинета. Текст такой: «Если человек хочет работать, он ищет средство, если не хочет – ищет причину». Покойный ректор Сергей Васильевич Шулепов часто говорил на совещании, когда кто-то начинал артачиться: «Зайдите к Городецкому, взгляните на его табличку и посмотрите, как кафедра физвоспитания работает». Теперь эта табличка сильно истёрлась, наверное, потому, что на неё часто смотрели… А в жизни я руководствуюсь простым правилом: всё делать вовремя и добросовестно. Поверьте мне, это помогает и в человеческих, и в спортивных начинаниях.

error: © ООО «Издательский дом «Миссия»