От издателя

В

В четырнадцать лет меня выгнали из санатория в славном городе Одесса за то, что мы с местными ребятами ушли купаться на Аркадию. Санаторий был в центре, и на пляж мы поехали на трамвае. Конечно, я знала, что так делать нельзя, но была уверена, что моего отсутствия воспитатели не заметят. Я ошиблась. Домой в Челябинск я возвращалась поездом и больше всего на свете боялась, что главный врач санатория Габриэлла Яновна позвонит моим родителям. К счастью, она не позвонила, и моя легенда о том, как я соскучилась и как в санатории неинтересно, родителям пришлась по душе.

На первом курсе университета история повторилась. Во времена глупейшего сухого закона специально назначенные активисты ходили по общежитию и проверяли, не пьют ли в комнатах первокурсники. Я оказалась там случайно, желая поддержать девочку, которая не поступила. Вечером к нам в гости пришли два мальчика-первокурсника. Да, с вином. Через час в дверь постучали: откройте, студсовет. Мы спрятали вино и чашки под кровать. Председатель студсовета, дебелая девушка Ангелина, вероятно, наделённая опытом поиска улик, первым делом заглянула под кровать. Судьба моего дальнейшего обучения в университете была решена. Оправдываться в деканате было не в моём характере. Я забрала документы и ушла.

Став взрослой, я поняла, как беспокоилась главный врач санатория, и мне даже немного стыдно за свою страсть к нарушению режима и за мою вечную нелюбовь к любым рамкам. А активистов‑моралистов, легко умеющих заглядывать под кровать, я остерегаюсь до сих пор. Я так и не научилась понимать, почему они думают, что знают мою жизнь правильнее меня самой.