+7(351) 247-5074, 247-5077 [email protected]

Как крестьяне безошибочно определяют характер хозяина дома по воротам, так и я для себя сделала определённые выводы: придётся подчиняться здешним порядкам. Санаторий «Увильды» живёт по своим законам и правилам. Высокий забор и охрана — необходимость. Они спасают от мародёров и незваных гостей. И отдыхающие чувствуют себя как за каменной стеной. Хозяин здесь рачительный и строгий — Александр Фёдорович Мицуков. Хозяйка — его жена Инга Александровна.

Мои планы на интервью в привычной для журналиста обстановке они рушат сразу. Никаких официальных приёмов, рукопожатий, обмена визитками. Без лишних слов — ближе к делу. Время обеденное, да ещё с дороги — значит, пора за стол. Тут бы и беседе душевной развернуться. Но есть, глядя на хозяев, приходится динамично. Между сменой блюд удаётся задать несколько вопросов.

Инга и Александр с удовольствием говорят о своих детях. Младшим Мицуковым можно было бы посвятить отдельный разговор. На двоих с женой у них пятеро детей. Какие дети от какого брака — теперь уже не разобраться. Никто их и не делит. Это их дети, и они ими гордятся. Также охотно супруги Мицуковы рассказывают ещё об одном своём детище.

— Александр Фёдорович, каким был санаторий, когда вы возглавили его?
— ”Увидьды» тогда находился между трёх секретных городов: Озёрском, Снежинском и Челябинском-187. Когда я принимал санаторий, подписывал гриф секретности. Была поставлена задача — возродить его. За восемь месяцев исключительно своими силами закончили остановочный ремонт, работали без отпуска. Я сказал, что всех научу красить, кирпичи класть, штукатурить. Коллектив тогда был — 187 человек. К сроку пищеблок всё равно не сдали. Выручил мой друг, военный из Новогорного, одолжил полевые кухни. Принимали отдыхающих, готовили в полевых кухнях, а кормили в столовой. Это надо было видеть. Полтора месяца так продолжалось, но к зиме уже полностью восстановили санаторий. Это был 1987 год. Потом наступил 1991 год — развал. Нас выкинули из системы. Приказали умереть в течение 24 часов. Центральный курортный совет развалился. Мы никому не были нужны. Но мы выжили. И даже больше.

— Александр Фёдорович — великий и самый лучший топ-менеджер, — вступает в разговор Инга. — У него есть нюх, особое чутьё. При помощи тех знаний, которые ему дали два вуза, он смог создать прибыльный многопрофильный оздоровительный центр — курорт «Увильды».

— А какое у вас образование?
— Челябинская Государственная медицинская академия и столичный институт экономики. Я восемь лет отработал акушером — гинекологом как врач, четыре года был акушеркой родзала, райгинекологом Кизильского района, а потом и главным врачом района. Второй институт дал понятие о бух­учёте, об основах управления персоналом. Эти знания и помогли в дальнейшем стать руководителем.

— У меня за плечами Институт советской торговли, — улыбается Инга. — Общественное питание — хобби, но получилось, что оно стало профессией.

— Хобби переросло в профессионализм, как и у меня со строительством. Сеть ресторанов, баров, ночных клубов — эту систему нужно было наладить в санатории. У Инги это получилось. Было очень сложно. Но теперь всё работает.

И действительно: на столе — быстрая смена блюд. Для обычного санаторского обеда — слишком большой выбор. Мне поясняют: «Так у нас отдыхающие питаются. Это блюда из сегодняшнего меню». Оказалось, что здесь действует система шведского стола. На выбор есть и салаты, и первые, и вторые блюда, чай-кофе и даже десерт. И меню составляют с учётом сезона, индивидуально на заказ, а также диетическое меню.

— Меню — это предмет особой гордости жены. В чём весь секрет: нужно сделать заказ продуктов, чтобы не получилось больше или, наоборот, меньше. К примеру, не нашинковать колбасы больше, чтобы на раздаче осталось. Здесь тонкий расчёт нужен. На создание совершенно новой системы меню ушёл не один год. Это готовая научная работа. Система очень чётко работает.

— А теперь москвичи просят у меня полностью весь расклад, — возмущается Инга Александровна, — хотят знать, как работает система шведского стола в системе санаторно-курортного оздоровления. А я столько душевных и творческих сил в это вложила! И должна им подарок сделать? Нет уж, это дорогого стоит.

После обеда столь же стремительная экскурсия по оздоровительному центру. В лечебных корпусах, как в армии. Строгий порядок и дисциплина. Не курить, не пить, не материться. Начальник строгий. Мицуков говорит, что за двадцать лет работы руководителем стал беспощадным к слабостям подчинённых. «Добрый начальник ничего не добьётся. Всем мил не будешь». Поэтому в своё время Александр Фёдорович отменил обеды в корпусах для служебного состава. Нечего, мол, грязь разводить. Зато организовал для них бесплатные обеды в столовой. Поэтому теперь в корпусах идеальная чистота. Отдыхающие тоже довольны. К ним — особое отношение, вне зависимости от их материального положения или статуса. «Увильды» разрушил ещё один стереотип. В этом санатории могут отдыхать даже небогатые люди. Да, путёвки недешёвые. Но многопрофильный оздоровительный центр сотрудничает с Федеральным фондом медицинского страхования, фондом социального страхования и управлением социальной защиты, а также участвует в многочисленных социальных программах области и города Челябинска. Поэтому пройти курс лечения здесь могут простые пенсионеры, инвалиды, участники войны и труженики тыла.

Экскурсовод — главный врач центра Любовь Ивановна Косарева. Своего начальника называет генератором идей: «Мы едва успеваем переваривать всё то, что он предлагает. Он сам идёт вперёд и нас подталкивает. Говорят, история отрицает роль личности. А я — нет. Коллектив, это, конечно, важно, но чтобы собрать вокруг себя хороших и талантливых людей, надо быть лидером, который умеет ставить задачи, знает, как их выполнять, понимает их значение. В этом смысле Александр Фёдорович опережает время лет на десять, это точно».

Любовь Ивановна показывает один за другим разные кабинеты: «Вот тут клиническая лаборатория, здесь солярий, физиолечение, массаж. Это радоновое отделение. Сегодня в стране всего три санатория, которые используют лечение радоновыми водами: «Увильды», «Белокуриха» на Алтае и Пятигорск. Но наш оздоравливающий центр стоит на три-четыре порядка выше своих конкурентов. Потому что на Урале радон выше по своей концентрации. Мы чистым радоном не пользуемся, мы его разбавляем, настолько он силён. У нас также есть лицензия на добычу и использование сапропелевых грязей. Чем отличается наша грязь? Она очень активная, молодая. Мы используем её только один раз, на регенерацию её не ставим. После нашего лечения грязь уже не может возвратить своих свойств в первоначальном виде. Зато её активность помогает при лечении бесплодия, заболеваний позвоночника, ожогов и контрактур, суставов, урологических заболеваний, мужской и женской мочеполовой системы».

А ещё в санатории — несколько бассейнов, один из них открытый, с подогревом. Плавать и дышать свежим воздухом можно даже зимой. Такой бассейн — пока единственный на Урале. Сауны, массажные кабинеты, тренажёрный зал. Можно принять расслабляющую минеральную ванну, можно поговорить с психологом. О вашем душевном здоровье здесь тоже позаботятся.

В санатории всё лечит: озеро, воздух, люди. «Увильды» помогает восстановить здоровье уже отчаявшимся обрести его вновь. К примеру, отделение для пациентов с нарушением мозгового кровообращения. Санаторий одним из первых предложил такое восстанавливающее лечение. И одному из первых пришлось доказывать, что оно имеет большой эффект. Теперь почти все пациенты отделения не только «возвращаются в строй», но и обретают прежнюю уверенность и ясность мыслей.

В отделении кардиореабилитации — много пожилых людей, заболевание возрастное. Пустых палат не бывает. Хотя «палата» — неподходящее слово для этого санатория. О том, что мы идём по лечебным корпусам, можно догадаться только по медсёстрам и обслуживающему персоналу. Все в халатах, но не в белых, а светло-зелёных. В остальном, здесь всё как в лучших гостиницах. Номера рассчитаны на одного или двух человек. Телевизор, ванная — в номере.

В отделении пластической хирургии разгуливающих по коридору людей не встретишь. Такова специфика лечения. После операций — полный покой. Об уникальном методе «Молдинг маск» слышали многие. Безоперационную косметическую технологию омоложения лица специалисты санатория привезли из Испании. И здесь Многопрофильный Оздоровительный Центр курорт «Увильды» оказался впереди России всей. Даже сегодня он сохраняет преимущество перед другими клиниками. Во-первых, это не больница, а санаторий. Во-вторых, находится не в черте города. В третьих, далеко за пределами мегаполиса. Здесь можно отдохнуть, подлечиться и омолодиться, сохранив инкогнито.

«Увильды» как будто живёт в другом временном и пространственном измерении. Здесь как в Греции, всё есть. Даже климат. Летом — тепло, а зимой холодно. Иностранцы едут отдохнуть, потому что — экзотика, да и лечение дешевле. Лучшее на всём Южном Урале оборудование и лучшие специалисты. Всё перспективное внедряется тут же. Коллектив санатория — более семисот человек. Отдыхающих на сотню меньше. Однако, «лишних» сотрудников нет. Все при деле. Интересный факт: в отделе кадров «Увильды» лежит больше тысячи заявлений с просьбой принять на работу. А всё потому, что в санатории созданы все условия для нормальной работы. Для сотрудников здесь строят жильё. Утром живущих далеко привозят из Кыштыма, Снежинска, Озёрска, Аргаяша, а вечером отвозят домой. Зарплата хорошая даже по меркам Челябинска. Лечение, лекарственное обеспечение, обучение, спецодежда и питание — бесплатные. Поэтому подчинённые Мицукова любят. Хозяин он и есть хозяин. Не барин, конечно. Но есть у него свои развлечения, которые разделяют с ним его сотрудники. Стендовая стрельба. Александр Мицуков построил единственный в области стадион по стендовой стрельбе. Сам стреляет метко и своих работников приучил. Спорт не из дешёвых. Но не гонятся здесь за дешевизной. Зато компакт-спортинг (стрельба по мишеням, имитирующим полёт дичи и бег зверей) — разрядка хорошая.

— Это очень красивый, эффектный спорт. Кроме того, в каждом из нас присутствует инстинкт охотника. Я кандидат в мастера спорта по дзюдо и самбо.

В лечебных корпусах, как в армии. Строгий порядок и дисциплина. 

— А откуда «есть пошёл» ваш род?
— Корни нашёл благодаря КГБ. Всё это засекречено жёстко. Почему раньше знали, откуда человек? Архив был. КГБ имеет даже архивы белогвардейской армии. У них всё про нас есть. А на Урале и в Курганской области земли заселялись при Екатерине II. Те, кто отслужил срок в элитных полках, — Семёновском и Преображенском. Мои предки — из Семёновского полка. Им разрешали жениться только на черниговских девках, потому что были те голубоглазые и светловолосые. Это единственный полк, который ходил на парад без париков. Поскольку при маршировке они делали такие движения, какие в парике не сделаешь — слетит. А преображенцы — все черноволосые и кареглазые были. Так выводили полковую породу. А мой прадед — полковник в отставке — изменил этому правилу. Когда он ушёл из армии, оставил дом, семью, взял с собой любовницу Изю и приехал сюда. Деревня Степановка — его заимка, там и я родился. А деревня Чудиново в Октябрьском районе — наше родовое гнездо. Изя родила моего деда Ивана. Он был медиком, ветеринаром и агрономом. Самое выдающееся его
достижение: вывел с Мичуриным самые знаменитые сорта уральских яблок.

— У жены вашей тоже очень интересная, яркая внешность.
— А жена моя — на четверть чеченка, вся остальная кровь в ней — еврейская и русская. Но её все своей признают. У неё не женский характер, иначе она не смогла бы руководить таким коллективом. Её меньше за это любят. Я накажу человека, мне его станет жалко, я ему тут же что-то хорошее сделаю. А она своё мнение не изменит.

— Как тогда вы уживаетесь вместе?
— А как не уживаться?  Посмотрите на это чудо (показывает фотографию младшего сына). Разве его можно обижать? Он нам заявил: «Если разведётесь, я ни с тобой, ни с мамой жить не буду». А ему пять лет. И дочь двенадцатилетняя предупредила: «Я знаю, что папа мне не родной отец, но ты извини, мама, если вы будете ругаться, я уйду жить к бабушке. Потому что я папу и маму люблю, и выбор между вами делать не буду». Нет, детей обижать нельзя, они запоминают обиду на всю жизнь. Да и возраст уже такой, пора остепениться. Или признать, что ты настоящий дурак, если ни разу не попал в цель. Жить надо с тем, кто любит семью. А любовь — что ветер — дунул, пошевелил волосы… Кайф. А потом начинается… обыденная жизнь.

— Насколько выигрышно сегодня семейное дело?
— Безусловно, выигрышно. Существует опасность не сработаться вместе. Но если удалось это вовремя преодолеть, то появляется множество плюсов. Во-первых, подтверждается безграничное доверие друг другу. Во-вторых, стимулирует всегда быть на высоте перед своей супругой. В-третьих, появляется ответственность и потребность заслонить спину другого. И сильная супруга тоже может защитить от тех проблем, которые стали для тебя неожиданностью.

— Вы довольны тем, что сумели вместе построить?
— Никогда не надо быть довольным. Как только сказал себе, что всё хорошо, и успокоился, тут же прилетит какая-нибудь проблема.

Александр Фёдорович говорит образно, афористично. Для него слова наполнены смыслом, поэтому не могут быть штампами. Счастливчик тот, кто узнал истинное значение простых слов: жизнь, любовь, семья, труд. И всё — по максимуму, без ограничений, без рамок. Мицуков не боится слов, полагает, всё надо называть своими именами. Когда-то он заикался, но справился с недугом самостоятельно. «Главное — научиться вовремя делать вдох и выдох». Теперь он не боится найти в чьём-то лице осуждение. Белая ворона — это красиво. Быть смешным — не страшно. Быть первым — не зазорно. Идти, опережая, он уже привык. Ещё одно его убеждение: не надо бояться жить в долг. Жить надо здесь и сейчас, а не мечтать. Твой долг, который ты должен отдать, постоянно будет тебя подстёгивать, заставлять двигаться дальше. И расслабляться тоже нельзя. Поэтому Мицуков не любит выходных.

— Александр Фёдорович, что в планах?
— В будущем хотим поднять уровень проживания, то, за чем сегодня люди едут за границу. Это будут корпуса и гостиницы класса «четыре звезды». Мы хотим довести до совершенства систему шведского стола и ресторанный бизнес в санаторно-курортной системе. Сегодня надо создавать центры ранней реабилитации, как следующую ступень после стационарного лечения. Третьей составляющей должна стать психологическая разгрузка, чтобы за 21 день люди могли снять стрессовое состояние. Это вполне реально. И для этого мы создали Многопрофильный Оздоровительный Центр курорт «Увильды». Наше преимущество: всё для полноценного лечения, активного отдыха и туризма в любое время года.

Как врач, Александр Фёдорович о людях знает всё, или почти всё. Поэтому мыслит простыми категориями: «У умных людей срабатывает нормальный человеческий рефлекс — продолжение рода. До тридцати ты борешься за себя, потом работаешь на своё потомство. Безусловный рефлекс».

А если ты добился благополучия в семье, в маленьком варианте сообщества, можешь задуматься и о высоких целях, и о том, чтобы оставить след на земле. Александр Фёдорович сожалеет о том, что в России почти искоренён генотип трудолюбивых людей: «Нам предстоит заново этому научиться». Узнаю, что он отработал пять лет в строительных отрядах. Поэтому, должно быть, в санатории всё строят сами. Есть и такой факт в его биографии: работал слесарем-инструментальщиком на заводе «Теплоприбор». Как фокусник из коробки, Александр Фёдорович достаёт из своей биографии всё новые интересные факты. И вроде бы Мицуков абсолютно открыт, но всё же так и остался загадкой. Впрочем, Близнецы — натуры двойственные и… загадочные.