+7(351) 247-5074, 247-5077 [email protected]

Эта песня сопровождала их всю жизнь. Когда Анна Герман впервые исполнила свою песню «Эхо любви», супруги Третьяк уже знали: это — про них. «Мы вечная нежность друг друга…» — голос Виктора и сейчас всё ещё звучит у меня в сердце,» — признаётся Людмила Третьяк, — «и ни превратности судьбы, ни пролетающие годы не в силах заглушить его».

Город Курган, 1964 год

Они были родом из одной деревеньки — со станции Запасная, что под Магнитогорском. Но познакомились взрослыми. Красивый и статный Виктор только что вернулся из армии. Люда тоже была вполне сложившимся человеком — закончила техникум. Оба жили в Магнитке, однако в тот день судьба привела их на «малую родину». На берегу тихой речки он первым подошёл к ней: «Почему не купаешься?» — «Не хочу». Тогда Виктор поднял её на руки и пошёл к воде: «А я тебя брошу!» Но вместо этого так и пронёс на руках через всю свою жизнь.

— Я и не верила, что такое бывает, — признаётся Людмила Григорьевна, — но это было со мной. Весь вечер мы разговаривали, гуляли, и, казалось, знакомы давно. В голове проносилось: это твой человек. 

Да и Виктор словно боялся отпускать своё счастье. Но через несколько дней Людмиле всё же пришлось уехать по распределению на Курганский завод медицинских препаратов. А следом в Курган примчался Виктор. Там, в общежитии, молодые и поженились.

Наверное,  на земле не так уж много счастливых семей. И домов, где мужчина — опора семьи. 

Виктор Третьяк рано узнал, как страшна безотцовщина, рано повзрослел и «взвалил» на себя груз мужских забот и ответственности. Витя рос непоседой и увлекался модельными самолётами, мечтал стать лётчиком. И вот он, час торжества: в синее небо через пару секунд взлетит собранный им дельтаплан. Но восторг обрывает сосед: «Беги-ка, парнишка, домой, отец хочет с тобой попрощаться».

После смерти отца, чьё здоровье подкосила война, десятилетний Виктор остался за старшего. Вместе с матерью они построили новый дом. Стоит ли говорить, что и работа в поле, и скотина, и сенокос — тоже были на нём. В деревне Виктора всё называли «Третьяк-мужик», хотя был он в семье последним, поздним ребёнком.

Привычка к труду, наверное, всё-таки выделяла Виктора Третьяка. Уже в Магнитогорске, инициативному и молодому, ему доверили пост начальника рекламного комбината. Это сегодня законы пиара прописаны в каждом учебнике, а тогда бухгалтеру-экономисту Виктору Третьяку приходилось их открывать на собственном опыте.

В начале семидесятых, когда в Челябинске начали строить уникальное сооружение — «Торговый Центр», Виктора Третьяка, уже возглавлявшего один из строительных участков Магнитки, перевели в областную столицу.

Первомайская демонстрация, 1978 год.

— И мы никогда не жалели о переезде, — признаётся Людмила Григорьевна. — Нам дали квартиру недалеко от Городского бора, который напоминал родные места. И мы обросли знакомыми и друзьями, кто потом рядом был долгие годы.

Вот так с момента основания и на протяжении пятнадцати лет Виктор Иванович Третьяк был в команде руководителей «Торгового Центра»: сначала заместителем директора — отвечал за вопросы строительства и эксплуатации. А дело это хлопотное, непростое. Изначально в проекте «Торгового центра» не были предусмотрены  административные помещения, необходимые для работы такого громадного и сложного организма. И руководство крупнейшего в Челябинске универмага (директором которого тогда был Виктор Трофимович Сидой) принимает решение своими силами построить административный корпус. Следом возникает необходимость в собственных складах, под руководством Третьяка пристраивается ресторан «Торговый центр», производственная база. 

Наряду с производственными объектами, руководство универмага развивает и социальную сферу: строит жильё для сотрудников, учитывая особенности женского коллектива, открывает парикмахерскую, медпункт. Строится база отдыха “Молодёжная”  на озере Еланчик.

1974 год.

В «Торговом центре» сложился особенный, инициативный и грамотный коллектив. Виктора Ивановича здесь любили и уважали. Став через некоторое время директором «Торгового центра», он по-прежнему жил интересами и проблемами своего коллектива.

Но мужчине трудно добиваться профессионального успеха, не имея надёжного тыла. Виктор долго мечтал о наследнике. А судьба подарила ему двух дочерей — Елену и Светлану.

— Самые лучшие моменты детства, — вспоминает  младшая дочь Виктора Третьяка Светлана, — это когда вся семья собиралась вместе. А если папа в субботу находил время проводить меня в школу или сводить в музыкальную библиотеку, то это был настоящий праздник! К сожалению, работа у нашего папы отнимала очень много времени. 

Что правда, то правда: на работе Виктор Третьяк выкладывался по полной. Но приходили выходные и праздники, и он посвящал их родным и друзьям.

Всей семьёй они любили ходить по зимнему бору на лыжах или садились в машину и отправлялись в путешествие по красивым местам, однажды ездили к Чёрному морю, сплавлялись по речке Белой. Или, наработавшись до седьмого пота на садовом участке, собирались в компании друзей, жарили шашлыки, топили баньку, разговаривали и пели.

— Люди поют, когда им хорошо, — вспоминает Людмила Третьяк. — Тогда мы были молоды, дети маленькие и ещё с нами, весёлая компания, надёжные друзья, любимая работа… Это было по-настоящему счастливое время…

— Наверное, отчаявшись дождаться сына, — рассказывает Светлана, — папа привил любовь к технике мне. Лет в тринадцать я уже умела водить машину. И мне это ужасно нравилось! Любовь к спорту у меня тоже от папы. Вообще папа был очень деятельным и физически крепким! В молодости он занимался боксом. Как бы сильно ни уставал, как бы поздно ни возвращался с работы, каждое утро неизменно начинал с зарядки. У него был свой “коронный” трюк, на который “покупались” все знакомые женщины. Обхватив руками берёзу, он мог, поднимая тело, удерживать его перпендикулярно дереву.

 — Глядя на мужа, всегда подвижного и подтянутого,  даже не верила, что бывают мужчины, которым в доме нужна не семья, а «четвероногий друг» — диван, — утверждает Людмила Григорьевна. 

— Где бы ни появлялся папа, — добавляет Елена, старшая дочь, — на работе ли, дома — все вокруг начинало кипеть и бурлить! Он всегда был лидером. Кстати, женщины в коллективе его очень ценили, он был настоящим мужчиной, умел быть «плечом».

— И не только плечом, — замечает Светлана. — У папы от природы инженерный склад ума и «умные» руки. Он мог и технику починить, и самостоятельно сделать какую-то мебель, придумать и выточить деталь. В нашем доме постоянно выписывали журнал «Изобретатель и рационализатор». Мой папа по сути своей — созидатель.

Когда девочки выросли, вольно или невольно они сравнивали других представителей сильного пола с отцом . И в спутники жизни сёстры выбрали очень надёжных мужчин. Елена вышла замуж за Павла Новоселова, сегодня он — директор компании «Штрих». А Светлана — за Бориса Видгофа, возглавляющего хорошо известную в городе компанию “Бовид”. По-видимому, не случайно их мужья, как и отец, имеют непосредственное отношение к строительству, к созиданию.

 Семейные роли у четы Третьяков были расписаны чётко. Мужчина, как и в давние времена, оставался добытчиком и опорой семьи, общественным деятелем. А женщина, как и должно, — тылом, хранительницей очага.   

— То же самое повторяется и в наших семьях, — говорит Елена Новоселова. — Мужчины здесь — лидеры, они много сил отдают работе. Но и у нас достаточно активная жизненная позиция.

И действительно домохозяйками дочерей Виктора Третьяка не назовёшь. Их день занят не только детьми и домом, но и спортом, занятиями по английскому языку. И это — помимо их профессиональной деятельности.  Обе имеют специальности дизайнера и искусствоведа, хотя по первому образованию Елена — логопед, а Светлана с отличием закончила медицинский институт.  Любовь Григорьевна очень любит картины, написанные Еленой. А Светлана уже показала свой отменный вкус, когда работала над интерьерами гостиниц «Славянка» и «Берёзка».

В этих семьях интересы родителей стараются прививать и детям. Внучки Третьяка занимаются бальными танцами, рисованием и пением, а недавно всерьёз увлеклись конным спортом. Виктор Иванович мог бы гордиться своими девочками!

С собакой Барсиком.

…Примечательно, что несмотря на руководящую работу, Виктору Ивановичу не были присущи ни барство, ни снобизм, которыми часто грешат обладатели важных постов. Он всю жизнь оставался простым и скромным, доступным для многих. Когда собственный автомобиль ещё был в диковинку, Виктор Иванович, приезжая в родную деревню, катал всех мальчишек и непременно возил деревенских старушек посетить на кладбище родные могилки. Виктор помог встать на ноги сёстрам и девяти племянникам. И если к Третьяку обращались за помощью, то всегда могли рассчитывать на неё.
Он не умел жить вполсилы, отдавал свою душу людям, зачастую жертвуя личными интересами. Ему просто неловко было что-то просить для себя. 

В доме не было ни гувернантки, ни приходящей помощницы. Людмила Григорьевна не оставляла работы и каждый день с утра до вечера проводила в Центре стандартизации и метрологии. На правах старшей Елена забирала из садика Свету, кормила её и водила на тренировки. Дети учились в обычной челябинской школе, но учились отлично. Главное, девочки росли добрыми и дружелюбными. Они и по сей день сохранили тёплые и близкие отношения. В этом тоже, наверно, заслуга их родителей. 

В доме не переводились собаки, кошки и хомяки, жила даже белка. Друзья смеялись, замечая, что собаки-дворняжки у Третьяков удивительно похожи друг на друга: «Это что, у вас порода такая особая — Третьяковская?»

И, правда, Третьяка любили дети и животные, чувствовали, наверно, его искренность и доброту.

— Главной ценностью для отца всегда была его репутация, доброе имя, — замечает Елена, — он считал себя призванным делать добро. Всё остальное было вторичным.

Не изменилось отношение к жизни Виктора Третьяка, и когда он стал начальником областного управления торговли. Вот только сердце начало пошаливать. Виктор Иванович очень скучал по коллективу “Торгового центра” и никак не мог принять новые ориентиры страны. В конце восьмидесятых приоритетом во всём стали деньги. А Виктор Третьяк не был по натуре коммерсантом. Пожалуй, самым удивительным в личности Виктора Третьяка  было то, что, проработав всю жизнь в сфере торговли, он не придавал чрезмерной ценности деньгам. Монеты и бумажки никогда не ставились в его семье выше человеческих отношений.

Светлана и Борис Видгоф с Еленой и Павлом Новосёловыми.

Как-то утром Виктор Третьяк пришёл на работу и увидел в своём кресле другого человека. Ни приказа, ни распоряжения о смещении Третьяка ещё не было, а в его кабинете уже командовал новый начальник. Тогда Виктор Иванович всё же попробовал начать своё дело: построил цех в Полетаево по розливу воды. Однако воспользоваться плодами своих трудов не успел.

— Так получилось, что папа взвалил на себя непосильную ношу и собирался с ней пройти до конца, — говорит Светлана…

У Виктора Третьяка были прекрасные отношения с тестем и тёщей. Бывало, тёща не раз говорила Людмиле и девочкам: «Берегите отца».  А Виктору добавляла: «Уж ты подними хотя бы девчонок». Словно чувствовала, что ему немного отмерено. Никто не думал, что при его жизнелюбии он так рано уйдёт — в 63 года! Он просто лёг спать и утром не проснулся. Это случилось четыре года назад. Но до сих пор родные чувствуют, как не хватает им этого светлого человека! И когда нежный голос молодой Анны Герман поёт: «Мы вечная нежность друг друга…», они думают о нём, вспоминая свою счастливую жизнь рядом с этим необыкновенным человеком.