+7(351) 247-5074, 247-5077 [email protected]
Ольга Леонтьева, Иван Молдован и Олег Горбанев

Ольга Леонтьева, Иван Молдован и Олег Горбанев

Одним пластические хирурги помогают обрести желанную гармонию черт лица. Другим – сбросить десяток-другой лет. В результате пластики век или подтяжки лица можно «стереть случайные черты», оставленные неумолимым временем. Но что бы ни говорили о пластической хирургии, какими бы слухами ни полнилась наша жизнь, человек приобретает. Даже не молодость и красоту – в первую очередь уверенность в себе и своей привлекательности. О том, что сегодня скрывается за словами «пластическая операция», может ли визит к хирургу стоить дешево и как меняются идеалы красоты, рассуждают наши гости – ведущие пластические хирурги города Олег Горбанев, Иван Молдован (ДНК клиника), Ольга Леонтьева (Клиника доктора Пухова) и косметолог Центра красоты «Лотос» Екатерина Штырляева.

Бизнес или медицина

Мария Хвостова: Каждый год число пациентов, решившихся на пластическую операцию, увеличивается. Этот факт актуален как для зарубежных стран, так и для российской статистики. Пластическая хирургия перестала быть роскошью и вошла в будни множества людей, стремящихся сохранить молодость и красоту. Вместе с тем, до сих пор устойчив миф о том, что пластическая хирургия по-прежнему очень дорогая сфера услуг. Для вас пластическая хирургия все же больше отрасль медицины или прибыльный бизнес?
Олег Горбанев: Начнем с того, что такое «дорого» и из чего складывается стоимость обращения к пластическому хирургу. Если вычесть из этого стоимость эксплуатации оборудования, стоимость расходных материалов, себестоимость ежегодного обучения твоего личного, персонала и ассистентов, то вы удивитесь той сумме, которая останется в остатке в качестве прибыли. Но даже не это главное. Естественно, это медицина. Да, это специфическая эстетическая отрасль – фактически мы не лечим, мы улучшаем качество жизни здоровых людей.
Иван Молдован: Медицина. И для уважающего себя врача, других ответов быть не может. Да, это платная медицина. Тогда, следуя этой логике, скажите, стоматология – это бизнес или медицина? Эстетическое протезирование как отрасль косметологии – это бизнес или медицина? Я бы так сказал – чем сложнее отрасль медицины, чем она более наукоемкая, тем она дороже.
Ольга Леонтьева: Какова основная цель бизнеса – получить прибыль любой ценой, заработать. Если бы мы все были бизнесменами, мы не делали бы стольких отказов пациентам, не отговаривали бы их от необоснованных операций. Во всем мире пластический хирург стоит в ряду самых высокооплачиваемых профессий, это вопрос сложности и специфичности профессии.
Екатерина Штырляева: Еще со времен СССР мы привыкли к тому, что все у нас было бесплатно. Пластическая хирургия одной из первых отраслей медицины потребовала платы за свои услуги. Впрочем, как и хорошая гинекология, как и хорошая кардиология. И хорошим специалистам всегда платили за работу. Но в этой стоимости компенсация их затрат на вас. И есть еще такое понятие «важности приоритетов». Если вам нужен автомобиль – вы находите возможность, если вам нужно новое лицо – вы найдете финансовую возможность на новое лицо, и не будете думать о том, дорого ли это. В итоге-то вы получаете нечто гораздо большее – внутреннее состояние комфорта.

Екатерина Штырляева

Екатерина Штырляева

Странная у нас репутация

Мария Хвостова: На западе пластическая хирургия – это целая отрасль, которую активно продвигают. У нас пока еще сильны предрассудки, и говорить о том, что ты сделал операцию не принято, и люди это скрывают. Почему об этом бояться говорить?
Олег Горбанев: Во многом мы стали жертвами желтых СМИ, когда врачам нашей профессии приписывается слава людей, у которых совершенно нет каких-то принципов и они готовы на все ради денег. Но почему-то никто не снимает передачи о том, как человек счастлив после визита к хирургу, как много он приобрел. Да, неудачных операций очень много – но вы же понимаете, что это напрямую зависит от уровня доктора, от его опыта, квалификации. И мы ведь делаем очень сложные операции, которые не под силу обычным хирургам. Наша профессия не ограничивается только изменением формы и размера груди или подтяжкой лица. Но у нас какая-то странная репутация.
Иван Молдован: Очень часто встречаются две крайности. Мои пациенты либо очень бравируют тем, что они что-то сделали со своей внешностью, и при любой возможности говорят об этом. Второй вариант, когда люди этого очень стесняются – мы встречаемся в общественных местах, и они просто делают вид, что мы не знакомы. Я нормально к этому отношусь. Это личное дело каждого, как относиться к пластике.
Екатерина Штырляева: Об этом не принято говорить вслух, тогда как это совершенно естественная для человека вещь – посещение парикмахера, мастера маникюра, косметолога и так далее. Пластических хирургов, косметологов очень много обсуждают, а вы знаете, как сложно к нам записаться, и прием у нас расписан на дни вперед.
Ольга Леонтьева: Конечно, в последнее время стало заметно, что к услугам пластических хирургов стали относиться проще. Особенно те, кто приходит к нам не первый раз. А если говорить о репутации самих врачей – они все делают своей работой, никто кроме них самих свою репутацию не создает.

А губы как у Анджелины Джоли

Мария Хвостова: Каков собирательный образ тех, кто к вам обращается? Что лежит в основе желания обратиться к пластическому хирургу?
Екатерина Штырляева: Кем-то движет глянец, кем-то какая личная неуверенность и психологические проблемы, кем-то спокойное и расчетливое желание сохранить свою красоту и молодость. Сложно составить какой-то портрет. Думать, что пластические операции – это удел звезд шоу-бизнеса и стареющих богатых женщин – наивность. На самом деле у людей существует ряд серьезных проблем, которые может легко решить именно пластическая хирургия – комплексы, заниженная самооценка и так далее. Но каждый человек уникален в своем желании.
Ольга Леонтьева: Основная часть моих пациентов – люди активные, не желающие мириться с процессами старения организма. Например женщина 55-60 лет полна сил, чувствует себя на все 30, энергична и внутри у нее, что называется, «душа поет». Она подходит к зеркалу, а оттуда на нее смотрит пожилое, усталое лицо с морщинами, нависшими веками и опустившимися уголкам рта. Естественно, радости и энергии становится меньше. А после устранения недостатков во внешности такие пациентки готовы горы свернуть, светятся и улыбаются.
Иван Молдован: В основе всегда лежит недовольство собой. А что может в жизни достичь человек, который сам себе не нравится? Естественно, у него заниженная самооценка, он не так активен, он закрыт. Давно доказано, что красота притягивает других людей. А люди, которые уверены в себе внешне, несут себя по жизни гордо – конечно, им все по плечу.
Мария Хвостова: Желание сделать «как у кого-то» часто встречается?
Олег Горбанев: Сейчас уже нет, крайне редко.
Иван Молдован: Мы, конечно, пользуемся фотографиями каких-то известных людей, но только в качестве примеров. Я прошу пациента, например, при ринопластике показать несколько лиц, что бы он хотел, а что не нравится. Но это просто помогает определиться, что такое для человека значит «красиво», чего хочет. Но мы не можем сделать из человека Скарлетт Йохансон.
Олег Горбанев: Самый распространенный пример и типаж, конечно, Анджелина Джоли.
Иван Молдован: Кстати, по исследованиям американских пластических хирургов, самая красивая женщина – актриса Кетрин Зета Джонс. Идеальная форма губ, носа, бровей.
Ольга Леонтьева: А я бы сказала, что настоящий идеал красоты – это Моника Беллуччи. На мой взгляд, у нее совершенное лицо.
Олег Горбанев: Вот видите, даже у нас у каждого свои представления о красоте. Мне очень нравится лицо Милы Йовович, что-то в нем есть, несмотря на какие-то несовершенства.
Екатерина Штырляева: Но эти люди привлекают не только своей внешностью, а в первую очередь своей харизмой.
Иван Молдован: Вот самое главное! Если бы мы еще умели прививать эту харизму!

Олег Горбанев

Олег Горбанев

новое лицо не вернет вам мужа

Олег Горбанев: «Пластическая хирургия – это одна из методик психотерапии», – сказал однажды мой знакомый психотерапевт. И я не могу с ним не согласиться. Можно сделать идеальную работу технически. Человек к тебе пришел – ты прооперировал и все. Но если человек ушел неудовлетворенный, какая бы идеальная работа ни была – он будет недоволен результатом. Он рассчитывал, что случиться чудо, но пластический хирург не решит ваши личные проблемы.
Иван Молдован: Одно из умений пластического хирурга – сказать пациенту «нет». Дело в том, что часто на консультацию приходят люди не с теми запросами, которые можно и нужно удовлетворить. Часто причина кроется в настроении пациента, а это тот фактор, которому нельзя доверять. Или им движет какой-то неверный мотив – сделать что-то ради кого-то. А это всегда ошибка.
Ольга Леонтьева: Некоторые пациенты надеются, что сделав пластическую операцию, можно решить какие-то личные проблемы, например, из серии – «ушел друг-муж». Нет, ведь причины кроются не в этом. Дело в том, что вы просто изменяете для себя, в целом, картину мира, становитесь более уверенными в себе, смотрите на окружающих и в зеркало другими словами, настроением, что, конечно же, делает вас гораздо привлекательнее.
Мария Хвостова: Бывают люди, которым противопоказаны пластические операции? Не по медицинским показаниям, а потому что они итак красивы, просто не оценивают себя объективно.
Екатерина Штырляева: С точки зрения эстетики есть, когда мы не говорим о кардинальных изменениях, все-таки до сих пор довольно сильно веяние моды. Когда девушки «делают» губы, еще что-то. На самом деле большинство наших клиентов мы отговариваем от этого – сиюминутное неосознанное желание, а человек ведь меняет свою внешность на очень долгий срок. И есть еще одна категория пациентов, кто после одной операции или процедуры просто не может остановиться, и уговаривает доктора на новые изменения, которые просто уже не нужны человеку.

Иван Молдован

Иван Молдован

Хватит на нас так смотреть

Мария Хвостова: Замечаете за собой, что даже на своих знакомых смотрите с точки зрения пластического хирурга? Как вы заметили, что у вас произошла профессиональная деформация?
Ольга Леонтьева: Это действительно проблема всех практикующих хирургов – ты смотришь на каждого человека как на своего пациента. В любых компаниях, в общении с друзьями и родственниками все разговоры, так или иначе, сводятся к тому, что все начинают обсуждать новинки пластической хирургии, спрашивают совета. Иногда приходится просто обрубать такие темы – в неформальном общении нам совсем не хочется думать о работе.
Иван Молдован: Заметил за собой – такое обычно бывает после посещения курса по какой-то новой методики, или когда что-то углубленно изучаешь. Потом замечаешь, что невольно начинаешь всматриваться в лица и мысленно что-то на ком-то применять. Часто слышу от своих знакомых – да хватит на меня так смотреть!
Мария Хвостова: Вы довольны своей внешностью? Готовы будете что-то в ней изменить, если понадобиться? Как будете выбирать себе хирурга?
Олег Горбанев: На данный момент все устраивает, но если возникнет необходимость, пойду к Ивану Ивановичу (смеется). К тому, кого я знаю и доверяю.
Ольга Леонтьева: Конечно, мы пристально сами на себя смотрим, чтобы уловить тот момент, когда понадобится помощь специалиста. Что-то делать специально – такой цели нет, но с возрастом – да. Если бы сы сами отказывались от этого, ставили бы под сомнение всю свою работу. Это было бы странно.
Екатерина Штырляева: Мне хочется верить, что число тех, кто понимает необходимость обращения к косметологам и пластическим хирургам, будет расти. Притом, обращения спокойного, регулярного, с пониманием того, что ваша внешность, как и ваше здоровье – чаще всего это результат ваших правильных и своевременных действий.

Екатерина Штырляева

Екатерина Штырляева

Косметология или пластическая хирургия?

Екатерина Штырляева: Эти два направления просто не могут быть альтернативой друг другу, только дополнением. После любой операции хирург направляет вас к терапевту. Так же и у нас – цель у нас одна, а пути к ней разные.
Иван Молдован: Пластический хирург дает пациенту только 50% успеха, остальное зависит от него самого, от дальнейшего ухода, и в том числе от косметолога. Надо отметить, что сегодня косметология становится все более инвазивной, агрессивной, а пластическая хирургия в свою очередь стремиться к малоинвазивности и щадящим методикам. Думаю, когда-то мы встретимся.
Ольга Леонтьева: Оба этих направления сейчас развиваются стремительными темпами. То, что для нас еще несколько лет назад было прорывом в технологиях, сейчас уже никем не используется. Косметология стоит максимально близко к пластической хирургии во многом еще и потому, что методики у нас становятся очень похожими. Используются лазеры последнего поколения, техники лифтинга и так далее.
Олег Горбанев: Коллеги правы, но я хочу еще добавить к этому такой вопрос. То, с чего мы фактически начали наш разговор. Это уровень услуг. Пластическая хирургия и косметология высокого уровня требует определенных условий, необходимого качества – хорошей клиники, оборудованных кабинетов и операционных, сертификации врачей и персонала. Если где-то на отдыхе в Тайланде вам сделали какую-то процедуру за 100 долларов или в подпольной клинике у малопрактикующего врача, а потом вас шокировал результат, не стоит говорить, что все кругом шарлатаны. Возможно, стоит задуматься о том, как относитесь к своему телу и здоровью вы сами.

Ольга Леонтьева

Ольга Леонтьева

Никуда не нужно ехать

Мария Хвостова: Из чего складывается репутация доктора? На что вы ни за что не пойдете ради того, чтобы сохранить свою репутацию?
Ольга Леонтьева: Только из взаимного доверия. Когда пациент тебе доверяет абсолютно, как человеку, как врачу, тогда и операции проходят успешнее и результаты лучше. Как получить доверие пациента? – Только своим к нему искренним отношением, своей заинтересованностью в его проблеме, умением слушать, не быть равнодушным.
Олег Горбанев: У нас ведь есть кодекс пластических хирургов, мы ему следуем. На что не пойду? На уговоры что-то сделать ради денег.
Иван Молдован: На самом деле мы делаем очень много, чтобы соответствовать требованиям современности. И очень приятно осознавать, что уровень врачей в Челябинске настолько высок, что к нам приезжают на прием из Москвы, и даже из-за границы. Репутацию создает себе сам доктор, а передают эту репутацию из уст в уста твои пациенты. Это то, о чем никогда не нужно забывать.

Владимир Зленко,
пластический хирург (Москва):
Если мы говорим о пластической хирургии как об отрасли бизнеса, мы не должны забывать простую вещь: есть медицинские требования, каноны, о которых ни один врач не должен забывать ради денежной выгоды. Это требования подготовки пациента к операции, это уровень и качество персонала, операционных, расходных материалов. Одним словом то, что дает потом качественный результат в первую очередь для пациента. Мы – врачи, а не бизнесмены. Хотя очень часто мы видим своих «коллег», которые открыто «продвигают» себя с помощью PR-технологий, а не качеством своей работы. Но как бы там ни было, пластическая хирургия сегодня развивается стремительными темпами – и если в техническом плане, в плане оборудования, материалов, имплантов пионерами можно считать западных хирургов, то с гордостью могу сказать, что русская классическая хирургия по качеству применения этих технологий занимает одно из лидирующих позиций во всем мире. Маленький процент неудачных операций и осложнений после операций в России является тому наглядным подтверждением. Однако каждый человек, решивший обратиться к пластическому хирургу для решения каких-то проблем со своей внешностью, должен понимать простую вещь – хирурги не волшебники, способные изменить всю жизнь человека и его судьбу. Счастье человека в его личных руках, а мы лишь немного помогаем тем, кому для счастья не хватает небольшой внутренней уверенности в самом себе.