+7(351) 247-5074, 247-5077 [email protected]

Оторви от родной земли человека, который более всего её любит — что получится? Из  алмыкии злая судьба забросила его семью в  Красноярский край. Репрессии. Затем — Ульяновск, Хабаровский край и ещё дальше от дома — Сахалин.

На Сахалине он стал генералом. И — повернул Судьбу. Ближе к родине — на Южный Урал, в Челябинск. Старший сын в многодетной семье, где кроме него воспитывались ещё три сестры и четыре брата, со школьных лет, с непонятным для многих азартом, работал механизатором в поле. Сегодня военный комиссар Челябинской области, генерал-майор Пётр Агинов всерьёз озабочен проблемами призывников и их семей, военных пенсионеров, занимается научными изысканиями… и по-прежнему тоскует по родной земле.

— Что волнует генерала, поделитесь, Пётр Филиппович.
— На первом месте, конечно, вопросы призыва и мобилизационной готовности. Система военкоматов — не какая-то застывшая схема, это живой, постоянно действующий механизм. Необходимо, чтобы каждое звено работало самостоятельно и одновременно слаженно. Десятки служб, сотни специалистов ведут молодого человека от призыва до отправки его на службу. Cистемный подход, его организация — непочатый и благотворный край для внедрения множества научных разработок, проведения исследований. Но пока что-то особого внимания учёных к нашим проблемам я не замечаю.

— И, наверное, поэтому вы взялись за «научное перо»?
— А что прикажете делать, если сегодня в России на военную службу призывается ежегодно только 13 процентов молодых людей, состоящих на воинском учете. В 80-х годах этот показатель был в четыре раза выше! А, скажем, в Германии он равен пятидесяти трём процентам, а с учётом альтернативной службы — 78!
Поэтому серьёзно, на уровне кандидатской диссертации мне пришлось рассматривать проблемы патриотического и военно-патриотического воспитания молодёжи, её военно-професиональной подготовки и ориентации, формирования готовности юношей к военной службе.  ому-то это может показаться скучным, но для нас, работников военкоматов, тема самая актуальнейшая. Да и для государства весьма важная. Скажу больше: моя диссертация подобной темы — пока единственная в России и даже в странах СНГ,

— И в чём её практическая польза?
— Главная мысль: призывников нельзя «грести всех под одну гребёнку».  аждый из них — личность, со своим характером, психикой и склонностями, навыками, здоровьем, наконец. Следовательно, только индивидуальный подход к каждому будущему воину позволит нам качественно и профессионально формировать различные виды войск вооружённых сил.

…В 1969 году Пётр Агинов поступает в Ульяновское танковое училище, которое заканчивает с отличием.  ак в дальнейшем и Академию бронетанковых войск. Он прошёл все ступени рядового и командного состава — от курсанта до генерала, от командира танкового взвода до командира танкового полка и начальника штаба дивизии. До приезда в Челябинск Пётр Агинов командовал военкоматами Петропавловска- амчатского и Сахалинской области.  андидат педагогических наук. Указом Президента России награждён Орденом Почёта…

— Ваше научное пристрастие понятно. Но есть наука, и есть жизнь…
—  Когда я прибыл в Челябинск и вступил в должность, стал знакомиться с «хозяйством». Скажу откровенно: первое, что меня буквально шокировало, — отсутствие столовой на областном сборном пункте. Призывники строем ходили на завтрак, обед и ужин за три-четыре километра. В дождь, грязь, снег, метель…  акой прок от таких прогулок, с каким настроением они возвращаются, какое впечатление складывается у будущего солдата о предстоящей службе? Думаю, объяснять излишне. А ведь любой военкомат — районный, областной — можно считать подобием приёмной Министерства обороны. И то, как призывника встречают на пороге армии, — том же сборном пункте, — невольно будет ассоциироваться с его впечатлением о будущей службе в целом, об офицерах, командирах, начальниках.
Вот о чём я думал, когда твёрдо решил, что первым реальным делом на новом посту должно стать строительство столовой на областном сборном пункте. И в 1998 году столовую торжественно открыли. Огромное спасибо всем, кто вник в проблему и помог.

— Столовая, конечно, не мелочь, но были ведь и другие проблемы?
— Ещё большей проблемой оказалось практическое отсутствие «святая святых» — системы оповещения. Это — основа основ при круглосуточном несении боевого дежурства. Ни телетайпов, ни электронной почты, один лишь телефонный аппарат. А ведь при получении боевого сигнала в час «Х» мы первыми должны оповестить об этом руководство области, городов и районов, поднять людей, мобилизовать ресурсы для войск…   концу 1998 года решили и эту проблему. Теперь у нас есть автоматизированная система оповещения: за 10-12 минут мы можем поднять всю область! Мы постоянно проводим тренировки, занятия по мобилизационной работе. И теперь практически каждый глава района, города докладывает, что готов действовать в любых обстоятельствах.

— Ну, а если кто не готов? Вы можете по-военному поставить навытяжку таких чиновников?
— Могу. Не забывайте, что я член Совета безопасности области. И в особый исполнительный мобилизационный период именно я буду возглавлять зону территориальной обороны, и каждая из структур, включая силовые ведомства, будет под моим началом. И у нас с ними давно существуют планы совместных действий и по обороне, и по охране важнейших объектов, и по борьбе с диверсантами, и терроризмом.
И хотя я могу «строить» ответственных лиц, конфликтные ситуации не предпочитаю, стараюсь уходить от них, но держать всех в тонусе постоянными учёбами, тренировками. Ещё раз напомнили нам о бдительности события 11 сентября в Америке. Об этом не надо забывать.

— А в человеческом плане, за что болит сердце генерала Агинова?
— За то, что сегодня почти полторы тысячи пенсионеров Министерства обороны, отслуживших 20 и более лет, не имеют собственного жилья. Только в системе областного военкомата без квартир более 150 офицеров из 300. И хотя существуют всевозможные указы, приказы, директивы, вопрос решается крайне медленно. За это — больно.

— А вы где живёте?
— Арендую служебную квартиру. Конечно, мечтаю о собственной. Но морально не могу переступить через тот факт, что мои офицеры по пять-семь-десять лет не имеют возможности получить личное жилье.

— Но дачный участок, домик в деревне, служебный автомобиль в личном пользовании…  ак с этим?
— Видимо, я какой-то неправильный генерал (смеётся). Особняка нет. На природу выезжаю на «Жигулях», которые мне подарил Президент  алмыкии  ирсан Илюмжинов несколько лет назад по случаю присвоения мне генеральского звания.

— Но, в принципе, всё это вы могли бы приобрести?
— Ну, о чём вы говорите? Моё денежное довольствие с недавних пор составляет около 12 тысяч рублей.

— «Помощь» предлагают?
— Предлагают. Но я взяток не беру. Можно было бы уйти на более высокооплачиваемую должность. Такие предложения тоже есть. Но… жаль бросать работу, людей, к которым прикипел душой.   тому же, ещё не всё, задуманное на этом посту, исполнено. Поэтому говорить о каких-то переменах в судьбе, карьере пока считаю излишним.

— Однако, какое-то удовлетворение от работы получаете?
— Безусловно. Удовлетворение получаю от всего того, что уже сделано. От того, что по итогам 2002 года Челябинский областной военкомат занял второе место среди ОВ  Приволжско-Уральского округа. А в 2003 мы уже стали первыми среди 19 субъектов Федерации.

Видимо, наш опыт был замечен и достойно оценён, когда в конце прошлого года на Военном Совете округа его командующий, Герой России, генерал-полковник Александр Баранов вручил мне Орден Почёта. Это событие считаю общей оценкой работы всех моих сослуживцев, с кем строили столовую, открывали класс профессионально-педагогического отбора, внедряли автоматизированную систему оповещения, укрепляли материальную базу военкоматов. Во всём этом есть и немалый вклад руководителей многих предприятий, глав городов и районов, правительства области, губернатора. Считаю своим личным достижением, что за короткое время со всеми из них у меня сложились деловые и добрые человеческие отношения, взаимопонимание. Это дорогого стоит.

…Жена генерала, Светлана, по специальности — балетмейстер-хореограф. За годы службы мужа, сменив с ним 13 гарнизонов, освоила воинские специальности: служила в разведбате, обеспечивала на полигонах военно-космическую связь. Пенсионер Министерства обороны, но продолжает работать в системе военкоматов, возглавляя отделение пенсионного и социального обеспечения военного комиссариата Центрального района. На днях получила диплом юриста, окончив ЧелГУ. Дочь Эльвира окончила музыкальное училище. Затем получила специальность историка после учебы в Челябинском педагогическом университете. Сын Пётр — курсант выпускного курса Челябинского военного автомобильного института. Растут внуки — Батыр и Церен (по-русски — «Восход солнца»)…

— И всё же есть у генерала мечта?
— Есть, она существует ещё со времён моей службы на Дальнем Востоке. Она проста: мне очень хочется быть ближе к родным местам и родным — отцу (мать, к сожалению, уже умерла), братьям и сёстрам. Ещё на Сахалине думал: случись что, ведь им ко мне не добраться — и дорого, и далеко, и погода непредсказуема. Поэтому получается, что потихоньку сам стремлюсь быть ближе к Ростову,  алмыкии. Вот уже и за Уральский хребет «зацепился». А когда существовала гипотетическая возможность получить пост военкома Удмуртии, то, не поверите, линейкой по карте километры мерил: сколько ещё до родных краёв остаётся.

— А вас ждут в  Калмыкии?
— То, что знают и помнят — точно. Ведь на сегодня я единственный действующий армейский генерал у своего народа. Может, это как-то повлияло на то, что меня даже включили в список претендентов на последних выборах Президента Калмыкии. Но я в политику не рвусь.   тому же, как человек служивый, самостоятельно такие вопросы решать не вправе. А вот звонят из  алмыкии постоянно, порой даже незнакомые люди. В прессе  алмыкии регулярно появляются материалы обо мне, интервью.

— А ведь есть ещё ностальгия по юношеским мечтам, первой любви…
— На самом деле я не мечтал о военной карьере. Сколько себя помню — всегда хотел работать в поле. За 12 километров ходил в школу, чтобы лишний раз покопаться в технике. Даже сегодня помню вопросы экзаменационного билета на право получить «корочку» механизатора. Но офицер в военкомате, узнав о мечте, сказал, что танки — те же тракторы. Всемером из района поехали в Ульяновск. Поступил я один. Ну, а дальше вся жизнь по уставу.

— Но вся жизнь уставами не ограничивается?
— Конечно. В один прекрасный день, на родине, будучи в отпуске после первого курса Ульяновского танкового училища, я и познакомился со своей будущей женой, тоже бывшей у родственников на каникулах после первого курса хореографического училища. Случайной была встреча, но Бог, видимо, решил, что нам суждено быть вместе. Так и произошло: моя жена — моя первая и единственная женщина на всю жизнь.  огда в разлуке думаю о ней, сами собой рождаются стихи. Только для неё.

— Пётр Филиппович, вы ведь и на гитаре себе подыгрываете?
— Да, когда-то неплохо играл. А теперь только для моей Светланы. Я бесконечно благодарен своей жене за верность и понимание, за терпение и поддержку, за наших детей, воспитание которых она практически возложила на свои плечи. Быть женой офицера Российской армии — это подвиг, равный военному, без натяжек. Моя жена всё выдержала, всё преодолела.

— О чём-то сожалеет генерал Агинов?
— Я очень люблю своих детей, а теперь ещё и внуков. Но мне очень жаль, что так мало времени уделял сыну и дочери, редко ласкал их. Ухожу на службу — они ещё спят, возвращаюсь домой — уже спят. Но о выборе своём не сожалею. Хотя мечта о том, чтобы работать на земле, так и живёт в глубине души. Но я оптимист, вдруг когда-нибудь она сбудется. После службы.

error: © ООО «Издательский дом «Миссия»